Времена теперь изменились. Вместо сахара и кофе веселые ребята находили в новых местах суровых полицейских и далеко не ласковых собак…
Так плыла вся армия Келли на восток, ведя борьбу с непокорными ребятами из передовой лодки. [Наконец,]…Джеку противно стало то, что он делает. Ведь кого он грабит? Своих же братьев безработных! Он убедил товарищей, и они вернулись к Келли».
7//1
…Будь на месте Остапа какой-нибудь крестьянский писатель-середнячок из группы «Стальное вымя», не удержался бы он, вышел бы из машины, ten бы в траву и тут же на месте начал бы писать на листах походного блокнота новую повесть, начинающуюся словами: «Инда взопрели озимые. Рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи По белу светушку. Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился…» — Пародия на литературу из крестьянской жизни, злоупотребляющую псевдонародным стилем, областными словами и той сермяжной проникновенностью, напевно-сказовой задушевностью, которую многие писатели считали необходимой принадлежностью деревенской темы. Черты, представленные здесь в сгущенном виде, более или менее широко рассеяны по «крестьянской прозе» 20-х гг. Ср., например: «Июнь-растун сделал свое дело. Поклонилась горизонту колосом налившая рожь, посерели широкоперые овсы… и над полями уныло затрюкали молодые перепела. Рожь идет, пары полны черной тоской по золоту семян» [Вас. Ряховский, Золотое дно, ЛГ 29.07.29].
Выдержанные в этом стиле картины природы, чаще всего с упоминанием «солнышка», с простонародной ономастикой/топонимикой, с междометиями, уменьшительностью и инверсиями, с «поэтическим» бессоюзным нанизыванием сказуемых ит.д., особенно типичны для зачинов — вступительных строк произведения, главы или раздела. Мы узнаем эти черты в зачинах Ф. Панферова: «Из-за Шихан-горы трехлетним карапузом выкатилось
Ср. такие места, как: «…Митрич храбрится: промолчи — еще пуще старуха расквокшится… Разболокся Митрич, на печку лезет» [с. 13, 15]; «До утра проглядел на звезды — ан их плавный мигливый хоровод; до утра шуршало под Саньком свежее, духмяное сено» [302]; «Косит провалившейся глазницей на Митрича, все угукает да агакает» [214]; «Слушай, Митрич, как пилы с высокой запевкой повизгивают, с жалобой ржавой поскуливают… Колгота!» [254-55]. Помимо лексических, отрывок о Ромуальдыче имеет и тематические параллели; так, в очерке М. Кольцова «В дороге» (1926) описывается путник, позволяющий себе «маленькую дорожную радость» переобувания: «Домовито
У некоторых литераторов квазинародный поэтический стиль приобретал крайние формы, со многими сгущенными и уродливыми речениями. В одном фельетоне Г. Рыклина цитируется повесть писателя Венгерова из газеты «Грозненский рабочий»:
