Просидел за компом до вечера: у нас с Деном висел крупный проект на стадии запуска, и в мою задачу входило протестировать рекламу в соцсетях, чем я и занялся. А проанализировав статистику и удовлетворившись результатами, я скинул запуск на Красаву и отправился за своей занозой.
На стоянку ресторана, откуда такси забирало сотрудников, заезжать не стал. Дал охраннику денег, и он пропустил меня на территорию «Волны», позволив подъехать к заднему входу. Написал Ромашке сообщение, где именно её жду, и через пятнадцать минут она выскользнула на улицу. Озираясь, чуть ли не по-пластунски Стаська пробиралась к машине, и почему-то меня это слегка взбесило. Одно дело — я скрываю наши отношения, а она-то чего? Я, конечно, сам не светился, но и не строил из себя шпиона на задании. По идее, она гордится должна мной и перед подругами хвастаться, я ведь не просил её о секретности — тут её личная инициатива.
— От кого-то прячешься, Ромашка? — не смог скрыть раздражения, когда девчонка села, наконец, в машину.
— А ты разве нет? Мне казалось, что ты не хочешь афишировать наше знакомство…
— С чего бы это?
— Ну не знаю, стоишь тут на заднем дворе…
— Просто знакомые на стоянке тёрлись, не хотел с ними общаться, — зачем-то соврал я.
— А-а-а, — протянула она без особой веры в голосе, — ну а я скрываюсь. Мне сплетни не нужны. Ты уедешь, а мне разгребать.
Права! Во всём права! Скрипнул зубами от досады и двинул домой. Я обязательно её допытаю: откуда она такая умная взялась, но завтра. Надеюсь, сегодня она не сильно устала, потому что сейчас, когда она сидела так близко, и до ноздрей долетел её особенный аромат, нежный такой — шампунь, наверное, и естественный запах — раздражение смешалось с возбуждением, и я понял, что не усну, пока Ромашку не трахну.
Глава 16
Тернев явился за мной какой-то раздраженный и взвинченный, претензии странные предъявлял… Возможно, пожалел, что позвал к себе, а второй раз динамить постеснялся? Хотя где он, а где стеснение?
— Тимур, ты можешь отвезти меня домой, если передумал, я не обижусь, — решилась я облегчить ему участь, спустя несколько минут напряжённого молчания, повисшего в мчавшейся по проспекту машине.
— Что? Нет, — он будто вынырнул из своих мыслей и удивился, что в машине не один, — просто весь день над проектом работал. Мозг ещё там, не грузись.
— Дипломным?
— Рабочим. Сайт запускаем в рекламу.
— Ты тоже работаешь? — неподдельно удивилась я.
Надо же! А я думала, такие как он живут на всём готовом.
— Мне кажется, Ромашка, ты обо мне сложила не совсем правильное мнение, но я это исправлю, — заверил, сворачивая к своему дому.
Скорее всего, неправильное. Но странность в другом: зачем он хочет его исправлять? Для него важно моё мнение?
Выйдя из машины, Тимур сразу взял меня за руку и повёл в подъезд, и, к счастью, в этот раз мы в лифте таки занимались тем, чем и положено парам. Ну, слава богу! Всё по шаблону! Тим прижал меня к стене и, как только закрылись двери, утянул в поцелуй. Он словно вспомнил, что не с того начал вечер, и попытался это исправить. Страстные, умелые ласки его языка, стремительно унесли меня в омут возбуждения. У Тернева мягкие, упругие губы, а тело рельефное — твёрдое, почти каменное. Расстёгнутая куртка, футболка и мои ладошки, ласкавшие мощный торс — даже через ткань я ощущала, какой Тим горячий. Задыхаясь от наслаждения, пыталась получить хоть капельку кислорода, ловила его отрывистое дыхание и запах — умопомрачительный, мужской.
Кажется, лифт поднялся на нужный этаж слишком быстро. Двери открылись, но мы не смогли сразу оторваться друг от друга. Сладко и так хорошо с Терневым… После этого поцелуя между нами пропало напряжение и неловкость, исчезли лишние мысли — всё стало просто, и от этого легко. Мы оба понимали, чем хотим заняться сейчас… И не только сейчас. Всё остальное неважно.
— Устала? — шепнул мне на ухо, заводя в квартиру, плотно прижимаясь к моей спине грудью и обвивая руками талию.
— Нет, — слегка мотнула головой, чтобы прогнать мурашки, разбежавшиеся по телу от прикосновения его губ к моему уху.
Не отпуская от себя, довел меня до ванной, распахнул дверь, и одежда полетела на пол — верхняя, футболки, джинсы, бельё. И никаких слов… Они не нужны. Губы Тима обжигали мою кожу, руки ласкали нежно, но напористо. Откровенный, чувственный язык желания — безмолвный, но способный сказать больше, чем всё слова в мире.
Тёплые струи воды катились по моей коже, а Тим налил себе на ладони гель для душа и принялся ласкать меня. Он был нежным, внимательным к моим ощущениям и даже аккуратным, и от этого сочетания у меня закружилась голова. Тернев не пропустил ни сантиметра на моём теле — забрался пальцами во все складочки. Я взяла из дома сегодня флакон с мылом, но предпочла промолчать. Наверное, во мне говорил первобытный инстинкт — пахнуть своим мужчиной. Выгибаясь в его руках, постанывала и позволяла аромату, которым обычно пах Тим, проникать в каждую клеточку моего тела.
— Теперь ты, — он наполнил мои ладони гелем и положил их себе на грудь, накрыв своими.
