Получив диплом секретаря-референта, Одетта устроилась на работу в одну американскую компанию. Однажды ей случилось присутствовать на торжестве по случаю Дня взятия Бастилии, проходившем в парке на территории французского консульства в Лос-Анджелесе. Там к ней подошел тогдашний генеральный консул Рауль Бертран, блестящий выпускник Политехнического института, человек крайне требовательный, и предложил занять место секретаря, которое вскоре освободится. Через три месяца Одетту вызвали на собеседование, положили перед ней чистый лист бумаги и продиктовали текст. Результат был не слишком убедительным — консул посоветовал ей поработать над орфографией и вновь прийти через полгода, когда появится вакансия. Оскорбленная Одетта вернулась на работу в свою фирму и за отведенное время ни разу не открыла учебник французского, но когда она вновь пришла на испытание по правописанию и переводу, ее похвалили: «Вы делаете большие успехи!» и взяли секретарем с окладом 265 долларов в месяц.
Придя однажды утром на работу и решив приготовить себе кофе, Одетта пошла на кухню, составлявшую часть служебной квартиры консула, — сотрудники обычно держали там продукты для обеда. К своему большому удивлению, она увидела высокого, смуглого мужчину в одних кальсонах, который грыз морковку. Ничуть не смутившись, он спросил Одетту: «
Ромен Гари и Одетта Бенедиктис проработали вместе четыре с половиной года. Депеши на французском языке он ей диктовал, а корреспонденцию на английском только просматривал и подписывал.
В штат консульства входили тогда восемь человек: вице-консул Жан Ортоли, заместитель консула Ивонна-Луиза Петреман, назначенная на эту должность через два года после прибытия в Лос-Анджелес Гари, два сотрудника канцелярии, архивист, бухгалтер и Одетта.
Генеральному консулу помогали в работе два заместителя: Ивонна-Луиза Петреман, которая охотно заменяла Гари всякий раз, когда ему нужно было отлучиться или уехать в отпуск, и Жан Ортоли, дипломат старой закалки, которому новый генеральный консул был не по душе. Бретонка Ивонна-Луиза, так и не вышедшая замуж, — с ней капитан Гари познакомился в Лондоне во время войны — взяла на себя административную работу, которую он терпеть не мог. Мадемуазель Петреман с первых дней вступила в движение Сопротивления и, как и Гари, с огромным уважением относилась к генералу де Голлю. Когда этот
Консульство Франции находилось в одном из старейших кварталов Лос-Анджелеса, недалеко от бульвара Голливуд на Аутпост-драйв, 1919. Эта улица у подножия горы была застроена старыми домами, утопавшими в зелени. Белая вилла консульства напоминала мексиканские строения и выходила окнами в парк, окруженный деревянным забором. На первом этаже располагались комнаты Гари. Широкая винтовая лестница с коваными перилами, завершавшаяся наверху балконом, с которого просматривался весь холл, вела на второй этаж, где было четыре рабочих кабинета и архив.
Слева от гостиной, ниже уровня холла, располагалась великолепная столовая с росписью на потолке и видом на парк. Все двери этого здания, выстроенного в 1928 году семьей местных предпринимателей, были резными, из цельного дерева. Французское представительство приобрело его за 35 тысяч долларов и через несколько лет перепродало вдвое дороже.
Когда, вернувшись из своей долгой поездки по Кавказу, Лесли въехала в дом, то нашла его банальным, запущенным и совершенно лишенным очарования. Энергично взявшись за работу, она стремилась обставить его по своему вкусу, хотя и была стеснена в средствах. Гостиную с камином и застекленной стеной Лесли украсила драпировками, коврами, подушками, зеркалами, иконами и картинами, которые привезла из своих путешествий.
Затем Лесли наняла русскую кухарку Катюшу, которая не только готовила, но и делала всё по дому. У них установились бурные отношения: случалось даже, что Лесли ее била, когда была недовольна ее работой. Катюша расхаживала по дому босиком, повязывала волосы пестрой косынкой, но готовила сырники так, что пальчики оближешь, а потом щедро раздавала их сотрудникам консульства. Работая над книгой, Лесли могла посреди ночи потребовать у Катюши тарелку борща.
В здании консульства Гари и Лесли жили каждый на своей половине. Он занимал просторную светлую комнату с комфортабельной ванной; в ее распоряжении был душ и скромная спаленка, выходившая окнами в парк, где Лесли, к величайшему изумлению посетителей, сидела на разложенном на траве ковре с двумя своими кошками Норманом и Титими и работала над книгой под звуки восточной и кавказской музыки. Сотрудникам консульства приходилось терпеливо выслушивать эти экзотические мелодии.
