Съемки начались 17 августа 1959 года, на протяжении которых Годар импровизировал — снимал по разрозненным заметкам, обрывкам диалогов. Члены съемочной группы обсуждали план работы, устроившись на террасе кафе. В первый же день Джин, запутавшись в происходящем, написала Пэтону Прайсу, что Жан-Люк Годар придумал плохой сценарий и его манера работать с актерами очень странная. Героиня казалась ей очень неприятной, и Джин намеревалась бросить эту роль. Она уже отказалась играть сцену, в которой Патриция крадет кошелек своего возлюбленного, а потом ему изменяет. Съемки проходили в естественной обстановке, без микрофонов, а звук записывался позже, в студии. Знаменитому оператору «новой волны» Раулю Кутару часто приходилось снимать ручной камерой. Сначала Джин Сиберг не вызвала у него большого энтузиазма, но вскоре он стал восхищаться ее фотогеничностью. Консультантом на съемках согласился быть Клод Шаброль.
Джин писала Пэтону Прайсу: «На съемках этого французского фильма мне приходится действовать на ощупь. Это так долго и так странно. Ни подсветки, ни грима, ни звука! Единственный положительный момент — это настолько отлично от Голливуда, что я чувствую себя совершенно отстраненной от прошлого».
Когда отношения между Джин и Годаром становились чересчур напряженными, Франсуа Морей старался их примирить. Годара Джин не любила, но очень восхищалась Бельмондо, который был способен импровизировать на уличных съемках без каких-либо указаний режиссера.
Самыми сложными для Джин, которая по-прежнему оставалась верна своим пуританским убеждениям, стали съемки любовной сцены в небольшой парижской гостинице на левом берегу Сены. Она отказалась сниматься обнаженной даже под одеялом.
Съемки были завершены в Марселе 15 сентября. Просматривая отснятый материал, Джин задавалась вопросом, как публика встретит этот странный фильм.
Фильм «На последнем дыхании», снятый без монтажа и по свободному сценарию, принес славу режиссеру и исполнителям двух главных ролей. На предпремьере, прошедшей 15 марта 1960 года в Лионе и Марселе, он получил самые высокие оценки зрителей. Кинокритики, за исключением Жана Рошро («Ла Круа»), Жака Шевалье («Имаж э сон») и Луи Сегена («Позитив»), утверждали, что картина снята мастерски, что режиссеру всё удалось, что фильм этого двадцатидевятилетнего дебютанта — шедевр. По их мнению, в нем нашла выражение одна из сторон мироощущения современного человека: романтический нигилизм. Жан-Поль Сартр восклицал: «Великолепно!», Жан Кокто: «Чудесно!», Анри Жансон: «Никогда не видел ничего подобного!» В числе других почитателей фильма были такие знаменитости, как Жозеф Кессель, Софи Лорен, Карло Понти, Жак Беккер.
Картина получила в 1960 году премию Жан-Виго, премию Берлинского кинофестиваля за лучшую режиссуру и премию немецкой кинокритики за операторскую работу Рауля Кутара.
«Коламбия Пикчерс» предложила Джин Сиберг роль в мелодраме
Когда руководство «Коламбия Пикчерс» уволило Пэтона Прайса, потому что было недовольно его работой, Джин сдала ему комнату у себя в квартире, чтобы он мог продолжить с ней занятия. У нее было несколько однодневных романов. На Рождество приехал Франсуа Морей и с помощью Урсулы Андрес нашел более уютный дом. В консульство Франции он пришел в тот день только для того, чтобы помочь Джин развеять одиночество. Несколько дней спустя Ромен Гари и Джин Сиберг сидели за одним столом.
