— Нет, ближе я готова стать только к Дэну и к вам. Но от возможности хорошенечко повеселиться однозначно не откажусь! — хохотнула Олли и посмотрела на меня таким умоляющим взглядом, что я не выдержал и рассмеялся:
— Ладно, уговорили. Можешь рассылать оповещения и принимать командование над тем бардаком, который сейчас начнется!
— Есть рассылать оповещения и принимать командование над бардаком, командир! — мгновенно оказавшись на ногах, молодцевато воскликнула супруга, расплылась в ехиднейшей улыбке и поплыла взглядом, а секунд через тридцать вернулась в реальность и скомандовала: — Форма одежды — местные купальники! Через три минуты строимся перед лифтом! Время пошло!
В «норматив» уложились все, включая не особо легконогую Лани, поэтому выслушали заслуженную похвалу, получили от «исполняющего обязанности командира бардака» по полотенцу весьма игривых расцветок и по бутылке хорошего вина, выслушали Ценные Указания и посерьезнели. Затем погрузились в кабинку, спустились на первую палубу и «удивленно» уставились на идеально-ровный строй из тридцати девяти человек в загерметизированных скафандрах и с оружием наперевес.
— А что это вы в таком странном виде? — «недоуменно» нахмурила брови Олли. — Цель этой учебно-боевой тревоги — «отработка группового и личного взаимодействия между летной и абордажной секциями дальнего рейдера «Веселый Роджер» во время самого разнузданного веселья на берегу ночного водоема при полном отсутствии вооружения и средств защиты»! Озеро — прямо за аппарелью, в радиусе пяти километров ни одного животного крупнее местного камышового кота, а там, наверху — добрая половина флота нашей ЧВК!
— Доброй она будет совсем недолго! — хохотнул Олаф через динамики акустической системы скафа и тут же поднял линзу шлема. — Но это не помешает мне принять самое активное участие в отработке поставленной задачи! Так что… разрешите привести внешний вид согласно условиям поставленной учебно-боевой задачи?
— Разрешаю! Вольно, разойдись!
Ох, что тут началось — личный состав той части объединенного экипажа, которая в данный момент находилась на борту корабля, сорвался с места и с гиканьем понесся к лифтам, на бегу срывая с себя шлемы. Что самое интересное, громче всех верещали пилоты, большая часть которых давно перешагнула через семидесятилетний рубеж и, вроде как, должна была успеть остепениться. Кувалда, Диего и парни последнего вели себя чуть сдержаннее. Но лишь потому, что планировали будущие безумства и активно помогали втискиваться в кабинки самым медлительным дамам.
Понаблюдав за «взаимодействием между секциями» эдак с полминуты, «и. о. командира» тряхнула волосами и распорядилась опустить аппарель. После того, как это распоряжение было выполнено, отправила меня в грузовой трюм. За листами вспененного пластика. А сама в сопровождении «Риши», Лани и Ратианы неторопливо пошла по траве, в свете прожектора искрящейся от вечерней росы, к черному зеркалу воды.
Выводить тяжелую технику на берег, дышащий покоем, мне показалось кощунством, поэтому автоматический погрузчик я использовал только в трюме — поднял его манипуляторами стопку из трех десятков ВП, обвязал грузовым «поводком», вывесил в полуметре над поверхностью палубы и потащил за собой. А когда выбрался на берег, не удержался от улыбки — десяток «моих» пилотов с Дотти во главе с оглушительным визгом пронеслись мимо, ворвались в воду в облаках брызг и поплыли в темноту.
Пилоты десяти временно прикомандированных звеньев оказались куда обстоятельнее — появившись на аппарели минут через семь-восемь после последней «юной» соотечественницы, они степенно двинулись не к озеру, а к здоровенному «лежбищу», которое я собирал. И, добравшись до его края, выставили в ряд сорок(!) стандартных флотских баулов, набитых тем, что могло пригодиться во время отдыха. То есть, не только едой и выпивкой, но и всем необходимым, начиная с одноразовой посуды и заканчивая двадцатью парами только что синтезированных ласт! Мало того, при ближайшем рассмотрении оказалось, что дамочки не поленились подобрать купальники с хемилюминесцентными вставками разных цветов и… по местной моде подкрасить губки помадой!
Пришлось делать комплимент в эрратско-тэххерском стиле:
— Я в восторге от уровня вашего профессионализма: содержимое баулов и использование хемилюминесценции однозначно свидетельствуют о том, что вы готовы и к отработке группового и личного взаимодействия, и к самому разнузданному веселью на берегу ночного водоема. А общая площадь подобранных купальников — о стремлении свести к минимуму имеющиеся в наличии средства защиты от восхищенных взглядов мужской части абордажной секции!
