— Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать свое имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — Альбус осмотрел всех учеников и продолжил, — им дается на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в турнире Трех Волшебников.
Директор на несколько мгновений замолчал, словно вспоминая о чем-то.
— И последнее, — директор проговорил это уже очень серьезным тоном, растеряв всю свою доброту. — Помните, что вступив в Турнир, назад пути уже не будет. Поэтому думайте, решайте…
Вокруг кубка появился небольшая белоснежная линия, которая должна была бы остановить младшие курсы от желания попасть на Турнир.
— Эта линия не позволит ученикам третьих курсов и младше принимать участие в турнире, — проговорил Дамблдор, возвращаясь к своему креслу.
После этого стало понятно, что ужин уже закончился, и мы должны отправляться по своим кроватям.
— До встречи, Рон, — проговорила Жаклин. Я только махнул ей рукой, почувствовав, как на меня дыхнуло злостью со стороны француза. Тот смотрел на меня с яростью и, казалось, был готов схватить свою волшебную палочку и напасть на меня. Понятное дело, что я не собирался ему это разрешать. Не хватало мне еще, чтобы на меня какой-то парень напал. Защищаться я буду со всей серьезностью.
— Ну? — спросил у него.
— Только посмей тронуть мою Жаклин хоть пальцем, и я не оставлю от тебя и мокрого места, — проговорил тот сквозь зубы.
— Да? — с интересом посмотрел на него, а затем подошел к нему поближе, смотря ему прямо в глаза. — А ты уверен, что у тебя это получится? Смотри, а то ведь пупок развяжется.
— Пффф, — только фыркнул француз и что-то проговорил на французском. Я только обошел его и направился по своему пути. За мной сразу же увязались другие ученики Гриффиндора, которым было интересно увидеть, как будет развиваться ситуация. Девушки только смерили француза холодным взглядом, словно смешивая его с дерьмом. Тот почувствовал себя не очень приятно.
Мы добрались до нашей гостиной, а затем уселся на кресло.
— Рон, братик, а ты хочешь принять участие в Турнире? — спросила у меня Джинни, присаживаясь около меня.
— Конечно, — кивнул ей я. — Будет интересно.
— А что хотели от тебя эти французские лягушки? — поинтересовалась у меня Кэти. Другие девушки тоже смотрели на меня с подозрением, при этом я чувствовал себя так, словно оказался под прицелом. Потерев голову, я улыбнулся, и сказал:
— Вам не стоит об этом волноваться, мои дорогие. Для меня вы будете самыми первыми и самыми лучшими.
***
В гостиной Слизерина сейчас царила не очень приятная атмосфера. Студенты, в особенности старшекурсники, сидели на креслах и под горящий камин с бокалом легкого вина, о чем-то размышляли. Им было не очень приятно, что слизеринки очень быстро стали уделять повышенное внимание студентам Дурмстранга. Им это не нравилось.
— Эти варвары, — проговорил белобрысый волшебник, семья которого уже давно переехала из Италии. — Какого дьявола они решили распускать свои руки…
— Не знаю, — ответил второй Слизеринец и отпил свое вино. — Но если так продолжится, то мы останемся за бортом…
— Значит, нужно что-то делать… — протянул один из слизеринцев. — Даже то, что они занимаются темной магией в своей школе, не значит, что они могут с легкостью раскрыть наши действия.
— Ты думаешь? — спросил с легким недоверием еще один ученик.
— Конечно, — проговорил слизеринец. — Мы должны дать им ответ.
Драко слушал это и только с ухмылкой кивал на эти слова. Уж он-то знал, что эти ребята не просто студенты Дурмстранга, а являются представителями чего-то большего. Его отец под конец лета приказал не вступать ни в какие конфликты с этими студентами. Вообще, его и Поттера должны были забрать во время зимних каникул из-за чего-то, что должно было произойти. Но вот что… Драко, понятное дело, хотел бы посмотреть на Турнир и принять в нем участие, вот только отец предельно ясно объяснил ему, почему этого не стоит делать.
— Гарольд, — обратился он тихо к своему другу и одновременно к будущему вассалу. То, что провернул его отец, юному Малфою очень сильно понравилось. — Что будем делать?
— Ничего, — тот махнул рукой, он тоже знал, что их должны забрать из школы, — мы будем просто учиться.
***
Каркаров медленно шел на свой корабль, размышляя о последних событиях в своей жизни. Когда он услышал о побеге Пожирателей Смерти из Азкабана, то довольно сильно перепугался. Потом у него появилась мысль, что они к нему не заявятся… Вот только ни его мысли, ни идеи совершенно не оправдались.
Пожиратели Смерти заявились к нему в дом, вместе с Темным Лордом. Ничего против сказать он не мог, так как довольно сильно испугался за свою жизнь. Как и любому нормальному человеку, ему больше всего хотелось жить. Что-то делать против своих бывших товарищей, что он заложил, ему не хотелось. И так он сумел прочувствовать на себя несколько Круцио от Беллы и других волшебников.
