РОС: Забытый род полностью

— Ты можешь… принимать нашу силу. В малых дозах. Яд, стресс, угроза… они могут пробудить ее в тебе на время. Как тогда, в лесу, или в городе. — Она помолчала, выбирая слова. — Но чтобы она стала… постоянной? Чтобы ты стал полностью частью рода, а не просто кандидатом с удачной мутацией?.. Для этого…

— Нужен Аспид? — угадал я. — Он должен меня официально выбрать?

Она кивнула.

— Да. Тотему нужно признать тебя наследником. Публично. И дать Перстень Рода. Это… ключ. К силе. К долголетию. Ко всему. — Она отвела взгляд, глядя на черную ленту реки. — Но есть… нюансы.

— Какие? — настаивал я.

Виолетта сжала губы. Ее щеки чуть зарумянились.

— Позже, Лекс. Когда… когда будешь готов. Это не просто ритуал. Это… изменение. Навсегда. — Она резко выпрямилась, снова становясь графиней. — А сейчас — восточное крыло! Там библиотека, твои будущие покои… и кое-что еще!

Она схватила меня за руку и потащила по переходу, явно стараясь сменить тему. Ее избегающий взгляд и сжатые губы говорили красноречивее слов: нюансы были серьезными. И, судя по всему, не очень приятными.

Восточное крыло встретило нас тишиной, еще более гнетущей, чем в "моей" башне. Воздух здесь был суше, пахнул старой бумагой, воском и… чем-то химически-горьким. Виолетта, не отпуская моей руки, почти бегом провела меня по длинному, мрачному коридору, миновав несколько тяжелых, запертых дверей. Ее шаги отдавались эхом на каменных плитах.

— Библиотека! — объявила она наконец, останавливаясь перед огромными двустворчатыми дверьми из черного дерева, инкрустированными серебряными змеями. — Мое самое любимое место во всем замке! — В ее глазах вспыхнул искренний восторг, смешанный с хитринкой. Интересно… именно поэтому мои будущие покои будут рядом? Чтобы она могла следить за мной между стеллажами?

Она толкнула дверь, и мы вошли.

Библиотека Аспидовых была не просто собранием книг. Это был храм забытых знаний и готического величия. Высокие сводчатые потолки терялись в полумраке, поддерживаемые колоннами, обвитыми каменными змеями. Стеллажи из черного дерева уходили ввысь на два, а то и три этажа, соединенные ажурными чугунными лестницами и галереями. Тысячи томов в кожаных, часто потертых и почерневших переплетах, папирусы в тубусах, свитки, скрепленные костяными застежками. Воздух висел плотным, пыльным облаком, сквозь которое пробивались лучи лилового света из высоких стрельчатых окон, украшенных витражами с алхимическими символами и сценами… ну, конечно, побед Аспидовых над разными чудовищными библиотекарями, наверное. В углах стояли чучела неведомых тварей Изнанки, а на массивных дубовых столах лежали хрустальные глобусы, показывающие не землю, а какие-то искаженные континенты Изнанки, и сложные астрономические приборы для наблюдения за лиловыми звездами. Запах был густой: пыль веков, тлен пергамента, слабый аромат консервирующих трав и все та же едкая нотка яда — фоновая мелодия жизни рода.

Виолетта, будто сбросив тогу графини, вдруг игриво нырнула между ближайшими стеллажами, ее черное готическое платье мелькнуло в полумраке. Я услышшал шорох, легкий стук стекла, и через мгновение она вынырнула, сияя как ребенок, нашедший клад. В одной руке — бутылка из темно-фиолетового, почти черного стекла. В другой — два хрустальных бокала необычной, извилистой формы, напоминающей змей.

— Та-дам! — пропела она радостно, подбегая ко мне. — Мой маленький секретик! Прямо тут, за "Летописью Великого Отравления". Никто не знает!

Я не мог не улыбнуться ее внезапному ребячеству. Она ловко откупорила бутылку (пробка была с крошечной рубиновой змейкой) и налила густую, темно-рубиновую жидкость в бокалы. Она искрилась слабыми лиловыми искорками. Я взял свой бокал, покрутил его, наблюдая, как тягучее вино оставляет "ножки" на стекле. Выпил глоток.

Вкус был… странноватым. Сладковато-терпкий, с мощным ягодным букетом (что-то темное, вроде ежевики и бузины), но с явной минеральной ноткой, как будто лизнул отполированный камень, и едва уловимым, но отчетливым горьковатым послевкусием, напоминающим… полынь? Или что-то более экзотическое. Сильное. Согревающее сразу.

— Ммм… — я сделал еще глоток, пытаясь разобраться. — Что за вино? Необычное. Мощное.

Виолетта смотрела на меня с лукавым блеском в изумрудных глазах. Она отхлебнула из своего бокала и ответила с невозмутимым видом:

— Из моих выделений.

Я чуть не поперхнулся. Вино пошло в нос, я закашлялся, едва удерживая бокал. Виолетта рассмеялась — звонко и бесстыдно, как девчонка.

— Шучу, шучу! — она закатила глаза, давясь смехом. — Боже, твое лицо! Нет! Это не я! Хотя идея… — она причмокнула, — …интересная. Но нет. Это наш фамильный сорт. «Слезы Аспида». Мы его делаем сами и продаем по всей Изнанке. Дорого. Очень. Даже Кречет иногда заказывает партию для своих пиров.

— Кречет? — переспросил я, все еще откашливаясь и вытирая слезы. — Это кто?

Виолетта смотрела на меня как на диковинку.