В советской юриспруденции 1930-х и 1940-х годов признание арестованным своей вины называли «царицей доказательств». А раз так, то эту самую «царицу» старались добыть любой ценой, невзирая на государственные награды, чины и ранги подследственного. Не щадили, как известно, и маршалов, счет которым открыл М. Н. Тухачевский. В документах следствия красной нитью проходит, что Тухачевский был связан с разведкой Германии, т. е. шпионил в ее пользу, являясь, по существу, особо ценным ее агентом в советских силовых структурах. Из истории разведок всех стран известно, как тщательно оберегали они таких агентов, до мелочей продумывая систему связи и передачи информации, стараясь никоим образом не засвечивать его. Это азбука разведки. В данном случае удивляют действия руководителей Германии по отношению к своему ценнейшему агенту – они выдают его Сталину. Тогда напрашивается один вывод – Тухачевский не предатель, и Гитлеру надо было нейтрализовать молодого перспективного военачальника. Папка в деле не фигурировала, но свою роль сыграла.
Необходимо отдать должное уму сатрапа в данном случае – он не дал хода этой «совершенно секретной» фальшивке. Черушев в книге «Невиновных не бывает…» пишет, что Тухачевский в своих показаниях называет в числе лиц, якобы завербованных им в военный заговор, только тех, кто уже был до этого арестован органами контрразведки и давал там «признательные» показания.
Я совсем было поверил Черушеву, что Тухачевский открыто ставил вопрос о смене руководства Наркомата обороны (речь идет о Ворошилове). Делается ссылка на генерал-лейтенанта В. А. Кирпиченко, в течение двадцати лет руководившего советской внешней разведкой: «…Я думаю, что в кругу единомышленников Тухачевского велись разговоры и о диктаторских устремлениях Сталина, и о некомпетентности руководства Красной Армии. Критика, конечно, справедливая. Но с точки зрения Сталина и «первого маршала» Ворошилова, это были разговоры криминального характера и могли рассматриваться как попытка заговора».
