Ленин предполагал, что польский пролетариат восстанет против своей буржуазной власти. Так он 6 мая 1920 года обращается к красноармейцам, отправляющимся на польский фронт: «Пусть ваше поведение по отношению к полякам там покажет, что вы – солдаты рабоче-крестьянской республики, что вы идете к ним не как угнетатели, а как освободители. Да здравствуют крестьяне и рабочие свободной независимой польской республики! Долой польских панов, помещиков и капиталистов!»
Ленин считал, что при столкновении социалистической республики с капиталистической страной рабочие и крестьяне последней должны обязательно выступить с оружием в руках против своих угнетателей и встретить советских воинов как братьев по классу. Ставка делалась на военный гений Тухачевского и конницу Буденного. На случай взятия Варшавы была и кандидатура на должность главы польского правительства – Ф. Дзержинский.
Но, к величайшему удивлению российских марксистов, польские крестьяне и рабочие не только не встретили наших красноармейцев хлебом-солью, а сплотились вокруг пана Пилсудского и поднялись на защиту только что завоеванной независимости страны. А Красная Армия, руководимая главнокомандующим Михаилом Тухачевским, откатилась далеко на восток, понеся огромные потери.
О причинах нашего поражения в войне с Польшей бытует такая версия. Пилсудскому помогал в военных делах генерал Вейган, глава французской военной миссии в Польше. Для поляков это было большой удачей, поскольку лучшего советника трудно было представить. Вейган сыграл очень важную роль в успехе Пилсудского.
Намереваясь разгромить конницу Буденного, Пилсудский направил значительную часть своей армии на юг. Он рассчитывал быстро разгромить Буденного и перебросить войска к Варшаве до того, как Тухачевский начнет свое наступление. Однако наши войска на Западном фронте пришли в движение. Поляки не выдержали натиска превосходящих сил, и Красная Армия заняла Вильно, Минск и Оссовец.
Красноармейцы продвигались так быстро, что их тылы отставали иногда на 100–120 километров. Первоначально наступление имело такой успех, что в ряде случаев резервы начинали двигаться вперед, не дожидаясь приказа, что само по себе, конечно, было серьезным нарушением дисциплины и создавало путаницу.
Противник избегал соприкосновения. Население было настроено враждебно. Начались перебои с подвозом снарядов. Доставлять и доставать продовольствие становилось все труднее. Тем временем под Варшавой концентрировалась французская артиллерия.
Тухачевский предложил приостановить наступление на рубеже Брест-Литовска для того, чтобы перегруппировать войска, подтянуть отставшие резервы и тылы.
На это разумное предложение Ленин отреагировал так: давайте рискнем – до Варшавы оставалось 20 километров. И в этот момент Вейган нанес удар по нашим растянутым коммуникациям на левом фланге в направлении Бреста. Тогда Тухачевский дал команду Буденному двинуться на север в направлении Люблина. Но вместо того чтобы прийти на помощь Тухачевскому, Буденный продолжал двигаться на запад в направлении Львова. Это развязало Пилсудскому и Вейгану руки, и они смогли перейти в контрнаступление.
На вопрос, почему кавалерия Буденного не пришла на помощь Тухачевскому, сегодня можно дать ответ, который проясняет многое. Дело в том, что комиссарами в армии Буденного были Сталин и Ворошилов. И Сталин решил не подчиняться приказу Тухачевского. Он приказал (комиссар в то время был главнее) Буденному наступать и брать Львов. Сталин считал, что самостоятельное наступление его армии и взятие Львова укрепит его престиж. Сталина можно понять. Он был не последним лицом в руководстве партии, но его затмевали более молодые. Особенно ему не нравилось, что в военных вопросах ему отводилась второстепенная роль. Он не смог смириться с тем, что ему приходилось подчиняться ненавистному Троцкому или новичкам в партии вроде Тухачевского. Поэтому он хотел одержать свою победу отдельно от главных сил армии.
В том, что Тухачевский возьмет Варшаву, никто не сомневался. Результатом же явились два поражения и проигранная война. Поляки атаковали наш левый фланг 16 августа. Наши войска не были готовы оказать сопротивление. Даже после того, как стратегический замысел поляков стал всем ясен, Сталин продолжал «давить» на Буденного в попытках взять Львов. Таким образом, пока армия Буденного бесполезно топталась на юге, поляки вышли к Брест-Литовску и Белостоку и при поддержке французской артиллерии начали наступление. Мы у стен Варшавы несли тысячные потери, и Тухачевский отдал приказ об отступлении. Отступление было хаотичным, временами превращаясь просто в бегство.
