– Какого хрена… извини, Герб, это я не тебе. Что ты хотел?
– Это я должен спросить у тебя, какого хрена? Что твои люди делают в Украине?
– Украине?! Повтори!
– Украине, мать твою! И не делай вид, что не понимаешь, о чем речь.
Голос командующего американскими специальными силами – опять глушили вертолеты.
– Но я действительно не понимаю. Господи, мы в той или иной степени присутствуем в семьдесят одной стране мира!
– Из одной придется уйти. Иначе нас поджарит на медленном огне пресса!
– Не слышу, повтори!
– Убирай своих людей из Украины! И прямой сейчас!
Пицца – соскользнула с колен. Прохожие – с удивлением смотрели на мужчину в генеральской форме…
Генерал не знал, что в этот самый момент – Станюк передает данные о наличии на территории Украины американской спецгруппы в Киев. ещё несколько лет назад – Петро Станюк перешел от посильной помощи своей стране без нарушения закона – к измене Родине и прямой передаче секретной информации.
Впрочем, США он Родиной не считал.
Карпаты…
Карпаты для украинцев больше чем горы. Это сакральное место, место силы. Место, где обитают молфары, место, где слышны карпатские трембиты[126]. Место, куда кто-то ездит оздоровиться в Трускавец и попить нафтуси[127], а кто-то – подняться на Говерлу, да навестить бандеровские схроны, которые, говорят, там ещё остались…
Путь в Карпаты лежит через Львов, и в него попасть было проще простого – для посещёния Львова гражданам ЕС не требовалось визы. Львов развивал туризм. Мне выправили паспорт на имя гражданина Германии Александра Вольфа. Над легендой долго работать не пришлось – из русских немцев, переехал в Германию ещё подростком в начале девяностых. Это объясняло мое хорошее знание русского и не слишком хорошее – немецкого. Впрочем, немецкий я знал достаточно, чтобы примитивно изъясняться, это было полезно в миротворческих миссиях – знать языки.
Понятное дело, что оружие я не взял. Эйр Берлин, бюджетная немецкая авиакомпания – перебросила меня на аэродром под Каменец-Подольским, который так же использовался для рейсов бюджетных авиакомпаний, в отличие от модернового, отстроенного к Евро 2012 аэровокзала Львова. Оружие я кстати мог бы и с собой провезти – ни на бывшей базе советской истребительной авиации, ни в Ужгороде не было металлоискателей, неси что хочешь[128]. Но со мной были только документы, деньги наличными и на кредитках, кинокамера, фотоаппарат, чемоданчик со скудным набором туриста. Официально – моим хобби был бердвочинг, и этим я мог оправдать наличие маскировочного комбинезона. Со мной была даже книга бердвочера[129].
Меня приняли и повели ещё в аэропорту, но я особо не нервничал. Полковник – показал мне фотографии, и я знал, кто меня ведет.
С прохождением таможни не было никаких проблем, на мой костюм даже не посмотрели. Выйдя из аэропорта, я огляделся – на меня сразу накинулись таксисты, предлагая свои услуги сразу на нескольких языках. Но я – от их услуг отказался, прошел к скромному серому Опелю, приткнувшемуся у обочине.
– У пана свободно? – поинтересовался я.
– Смотря куда?
– До Львова, до самого центра.
– А злотые есть?
– Есть и злотые и доллары.
– Тогда садись.
Это были свои…
Несмотря на захолустность местечка – дорога была отличной. Постоянно встречались автобусы на базе старого Мерседеса Т1[130] – на них здесь возили туристов. Пару раз встретили вахтовки на базе Краз и длинные УАЗики – на них ездили в горы…
Украинские дороги являются полной катастрофой, в некоторых направлениях они разрушены полностью. Причина – ремонта не было все время независимости, плюс – постоянный перегруз. Тяжелые зерновозы – могут весить до 120 тонн. Нет ни одной дороги на Украине, которая бы соответствовала понятию «хорошая дорога».
– Я слышал, что пан был в Ираке… – сказал мой шофер, не отрывая взгляд от дороги.
– Был – подтвердил я.
– И мне сказали, что пан был в спецназе.
– Был.
– А базировался пан…
– Дворец Радвания – сказал я – там мы стояли. Вместе с американцами…
– Правильно. И там, в туалете была такая картина. Не припомнит ли пан…
– Картина с взлетающими ракетами. Возмездие Саддама.
Шофер кивнул.
– Хорошо.
– Вы тоже там были?
– Да.
Больше – встречающий не произнес ни слова…
Моя группа поддержки – состояла из поляков. Обычное дело, поляки и в Ираке делали большую часть грязной работы. Несколько парней из JW GROM – группы оперативного маневра. Это восточноевропейский 22SAS. Очень профессиональная антитеррористическая группа, отметившаяся в самых разных местах от Гаити до порта Умм-Каср.
