Конечно, было и другое – меня заставила насторожиться драка Мацея с местным, я понимал, что могут быть последствия. Местные могут прийти толпой и разобраться, а могут и в милицию сообщить. Это им ничем не грозит – потому что мент тоже свой, местный. А если и не свой, то давно понявший, что с обществом ссориться не стоит. Здесь, в Прикарпатье такие вопросы решали просто – обрез к голове и делай, что сказано, а иначе…
И потому – я установил ночное дежурство в отеле, благо у всех у нас в номерах были балконы и балконы – выходили на фасад. А под руку – я положил телефон, и под подушку – пистолет.
Ночью – поставленный на беззвучный режим телефон затрясся в припадке – и я мгновенно проснулся.
– Первый.
– Движение. Справа от отеля противник.
Остатки сна мгновенно улетучились.
– Сколько?
– Я видел двоих. С оружием.
Я скатился с кровати. Полез под подушку… мой пистолет был с глушителем. Сейчас он как нельзя кстати будет.
– Гражданские?
– Военные.
Все. Значит, эта драка все-таки привлекла внимание. Вероятно, тот с кем подрался Мацей, был членом Правого сектора – или осведомителем украинской охранки. И те сложили два и два и сделали выводы.
Я спал в одежде и в обуви – на задании никто по-другому и не спит. Примерно прикинул, что есть – Глок, пять магазинов к нему, самое ценное – бронежилет – скрытник. Хоть какая-то защита. Все тяжелое вооружение, которое мы здесь получили – мы спрятали в лесу, до него – чуть меньше километра. И к этому лесу – надо ещё прорваться.
И все бы ничего, но я был уверен, что у противника – автоматы.
– Собираемся на втором этаже. Поднимай всех.
Набросил на себя жилет с карманом под бронеплиту и кармашками под магазины, не зажигая света подошел к стенке. В ней был встроен мини-бар, в нем – в изобилии было водки, горилки и настоек. Одну за другой – я шваркнул об пол три бутылки, четвертую и пятую разлил. Щелкнул зажигалкой.
– Пожар!
Полыхнуло знатно. Все-таки это Карпаты, и дерево при строительстве используют обильно…
Когда мы собрались на втором этаже – паника была уже изрядной. Все поляки были экипированы так же, как и я и готовы к бою.
– Выходим – сказал я – пригибаемся, не светимся. Наша задача захватить машину.
– Почему бы не прорываться к лесу? – спросил один из поляков.
– По двум причинам. Первая – в лесу сто пудов засада. Вторая – старший я. Вопросы?
– Что такое «сто пудов»?
– Неважно. Пошли!
И все-таки – я кое в чем ошибся. Я никак не думал, что они успеют прорваться в холл, что они будут так близко…
Пряча пистолет, я ступил в холл первым, и тут же увидел их – одного с помповым ружьем, второго – с автоматом Калашникова. Оба в какой-то странной, зеленой форме. И они тоже – увидели меня, вскинули оружие.
– Слава Украине! – выкрикнул я чтобы обмануть их.
Автоматчик упал, получив две пули, со вторым стрелком – мы выстрелили одновременно. Заряд картечи снес женщину, которая была передо мной, удар был настолько сильным, что она отлетела на меня и чуть не сшибла с ног. Нормального освещёния в холле не было, только мерцающее аварийное – но я попал. Или не я. На моих глазах – у второго стрелка появился третий глаз, он рухнул на пол, как мешок.
– К окнам! – крикнул я.
К счастью – этот пансионат был построен уже после падения СССР – никаких огромных холлов с витринным остеклением, все кондово и просто, как в обычном жилом доме, только многократно увеличенном.
Ещё один, в той же форме – попытался проломиться в холл, мы его снесли выстрелами и получили ещё один трофейный автомат. Затем повезло уже мне – я увидел через окно перебегающего стрелка и снял его выстрелами.
– Янек, на второй! Прикрой нас! – крикнул один из поляков.
Боец с трофейным автоматом бросился на второй – прикрыть нас, расчистить дорогу или просто отвлечь – как получится. Как только мы услышали бешеную стрельбу – я накрыл себя с головой (ткань, как обещали противопорезная) – и вывалился на улицу, выбивая остатки стекла.
Вспышки выстрелов подсказали мне, где искать цель – я дважды выстрелил, перекатился, чтобы получить в ответ, ещё дважды выстрелил. Второй противник прятался за машинами, он уцелел, очередь вспорола землю совсем рядом со мной, меня осыпало щебнем. Из положения лежа я отстрелял все что было в магазине веером на уровне земли, стараясь попасть по ногам. Судя по крику – попал.
Из отеля выскочили поляки – и тут нас высветило прожектором с дороги, а потом – размеренно и страшно застрочил крупнокалиберный пулемет.
– БТР!
Что было с поляками, я не знал. И думать было нечего о том, чтобы возвращаться в здание через главный вход – он простреливался БТР, а пули калибра 12,7 – живых не оставляют[136].
Перезаряжаясь, согнувшись в три погибели, я бросился прочь от луча света – чтобы обойти отель сзади и пробраться внутрь.
