Ага… лезет. Это чеченский танк, а на чеченских танках на всех сверху сделана «птичья клетка» – это такое сооружение из бронестали и бронестекла. Американцы – первыми догадались, что крупнокалиберный пулемет на танке может быть самостоятельным и очень полезным оружием, а не только средством ПВО. И начали защищать пулеметчика – на М1А2 они не поскупились на то чтобы сделать щит из толстенного, дорогущего бронестекла – чтобы пулеметчик лучше видел цели и мог по ним работать. А у нас до сих пор не могут дотумкать. Великолепная пулеметная спарка на БТР-80 – обесценивается тем, что пулеметчик в этой башенке слеп. Он видит только через прицел – а надо, чтобы он мог видеть на триста шестьдесят и уверенно реагировать. Я знаю, что наши после возвращения из Ирака пытались что-то доказать Минобороны – тщетно. А вот у чеченцев бюрократии нет: увидели – сделали. Пусть на колхозном уровне – но защита есть.
Так… разворачивает пулемет. Теперь – все зависит от меня – надо не просто попасть, а попасть поверх бронеплит. Цель там… сантиметров двадцать, не более того. К счастью – чеченских джигитов не заставить носить каску.
И – бах!
Судя по тому, что ствол пулемета замер, не дойдя до целей – попал…
Пять патронов израсходовано – на моей винтовке магазин на десять, удлиненный, но все равно, не мешало бы пополнить. Но вместо того, чтобы снаряжать магазин – я просто меняю его на новый, досылаю первый патрон в патронник. Готов.
– Кабан готов.
С места я не двигаюсь – снайпер и не должен. Для этого ему и придается маневренная группа. Прием, отработанный ещё в Ираке. Снайпер работает, маневренная группа с близкого расстояния добивает.
– Кабан, я Питон. У «кулака» чисто… «кулак»[119] исправен.
– Принято.
Теперь вопрос, что делать. Танк стоит так удачно, что перекрывает две дороги, ведущие из горных сел. Далее идти опасно – там местность намного более открытая и группу будет намного лучше видно. А горные чеченцы – знают всех своих, и даже на группу арабов – тут не закосишь. Несколько вопросов, и ты – пропал.
Оставаться у танка? Тем более если он исправен? Мы планировали заминировать его, но если так…
Жизнь, как обычно – решила за нас.
На дороге показался конвой… первым шел колхозный Зил-131, в мастерской перекрашенный в камуфляж и с 14,5 миллиметровой установкой ЗПУ-2 в обрезанном самосвальном кузове. За ним – шел Мерседес-600, грязный… удивительно, как только он по горным дорогам проходит, видимо, немцы и в самом деле умеют надежную технику делать. За ним пикап, Мицубиши л200, тоже перекрашенный в камуфляж, в кузове ДШК. Замыкал колонну Камаз, с самодельным бронированием кабины. В кузове боевики. Один из них – держит наготове ПЗРК…
В Гехи-Чу – Басаева уже не было, он предпочел дрыснуть за границу. Знал, что у нас есть бетонобойные бомбы и рисковать не хотел. Вот отсюда, из безопасной Панкиссии – он и руководил банддвижением.
Я не успел отдать команду – танк повел башней… а потом плюнул огнем – и Зил-131, шедший первым – исчез в огненном облаке разрыва…
Позиция чеченцев была скверной, они были зажаты на узкой горной дороге и развернуться, быстро сдать назад – не могли. Тем не менее, из этой ситуации они выжали все что могли – я прекрасно видел, как открыли огонь, отвлекая на себя внимание несколько пулеметов. И под их прикрытием – маленькая группа повела кого-то вправо, под прикрытие валунов на горном склоне и редкой растительности. Они делали все что могли.
Выведенный на максимальную кратность прицел, который по четкости картинки отличался от ПСО-1 на миллион световых лет – позволил мне увидеть среди этих людей более пожилого, в камуфлированной кепке, с длинной, окладистой, почти полностью седой бородой. До него было чуть меньше километра.
Надо уметь ждать. Надо быть терпеливым и мудрым, надо уметь ждать, отказываясь размениваться по мелочам, и ждать, пока на крючок не попадет действительно крупная рыба…
