Горислав Борисович учил читать Шурку и Микитку, тетешкал новорожденного Миколку… Даже школьные ранцы и азбуки для старшеньких никакое не гороно выдало, а купил Горислав Борисович за свои кровные. Так, не побывав отцом, он попал прямиком в деды, хотя младшие Савостины звали его дядей.
На что ни взгляни, всё держало в деревне и отвращало от города. Однако любить не люби, да почаще взглядывай. Приходилось жить и в городской квартире, иной раз — неделями. Обычно такое случалось зимой, но тут позвонили городские соседи и пожаловались, что очередные абитуриентки, которым на лето была сдана квартира, оказались никакими не абитуриентками, а натуральными шлюхами. Круглые сутки за стеной музыка, шум, лестница завалена бутылками, постоянно толкутся мужчины черноволосой национальности… короче — притон.
Горислав Борисович бросил всё и примчался в город.
Квартира встретила его застарелой табачной вонью. А ведь непременным условием было не курить в помещении… Незнакомая Гориславу Борисовичу в хлам пьяная девица совершенно не абитуриентского возраста сидела на кухне и пыталась пить чай. Из комнаты сквозь закрытую дверь ломились вопли магнитофона, громкий хохот и взвизги. Вступительный экзамен был в разгаре.
— Что здесь происходит? — риторически вопросил Горислав Борисович.
— Ты хто?.. — перегарно выдохнула дива.
— Я хозяин, и я спрашиваю, что здесь происходит!
— Пива хошь, хозяин?
Вряд ли в чайнике было пиво, но это несоответствие вполне вписывалось в происходящий абсурд.
— Где Юлия и эта… как её?.. Эмма…
— Там! — девица хихикнула и показала на дверь. — Хочешь посмотреть? Только осторожненько, а то Тимурчик тебе любопытные глазёнки вышибет.
— Безобразие! — возвысил голос Горислав Борисович. — Я сейчас вызову милицию!
— Тимурчик! — позвала пьяная. — Тут какой-то тип припёрся, милицию хочет звать!
За дверью что-то громко упало, магнитофон смолк на полутакте. Послышалась невнятная возня, затем дверь распахнулась и появился Тимурчик. Был он невысок, коренаст и кривоног. Из одежды на нём имелись только белые трусики, а всё остальное от горла до трусов покрывала чёрная кучерявая шерсть. Почёсывая пузо, он приблизился к Гориславу Борисовичу.
— Тебе чего, дед?
— Я хозяин этой квартиры, — начал Горислав Борисович, — а вы тут устроили чёрт знает что…
— Слушай, дед, — прекратив почёсываться, перебил Тимурчик, — я тебя сюда не звал. Сдал квартиру? — и всё, ступай отсюда.
— Вы что себе позволяете?.. — вскипел Горислав Борисович.
— Ты, кажется, не расслышал. Я сказал: иди отсюда!
Он ухватил Горислава Борисовича за плечи и, не замечая вялого сопротивления, выставил на лестницу.
Уж там-то Горислав Борисович высказал всё, что думал. Только кто его слышал?
В районном отделении милиции дежурный лейтенант долго слушал сбивчивые жалобы Горислава Борисовича. Был лейтенант невысок, коренаст и черноволос. Только кривоногость определить не удавалось — мешал письменный стол. Но главное, что роднило дежурного с Тимурчиком, — масляное безразличие, плававшее в глазах.
— И что вы хотите? — спросил он наконец.
— Чтобы порядок навели.
— Порядок в квартире поддерживать — ваша обязанность. Они там что, дерутся? Раненые есть?
— Пока нет, но всё может быть.
— Вот когда будут, тогда и вызывайте участкового.
— Они там курят, пьют… шум, гам, посторонних полный дом!
— Курить не запрещено, а будут шуметь по ночам — будем штрафовать.
— Как вы их оштрафуете?
— Зачем — их? Вы ответственный, вас и будем штрафовать. Адресок у вас какой, не уточните?
Горислав Борисович понимал, что последний вопрос задан исключительно для того, чтобы надоедливый жалобщик испугался и, не назвав адреса, поскорей убрался вон. Но убираться Гориславу Борисовичу было некуда, и он упрямо продиктовал адрес.
— Так-так… — нехорошо оживился дежурный. — А ведь на вас у меня, кажется, ориентировочка была… Во, так и есть! Ну-тка, чего вы там натворили?
— Ничего я не натворил! Это эти творят, студентки недоделанные, а вы мер принимать не хотите!
— Это мы сейчас проверим, кто и что натворил. И меры примем…
Лейтенант споро набрал телефонный номер и уставным голосом доложил в трубку:
— Товарищ майор, Гнатюк беспокоит из тридцать шестого… Ваш фигурант у нас в отделении. Никак нет, не задерживали, сам явился. Он притон устроил в своей квартире для лиц кавказской национальности, а теперь сам же жаловаться вздумал. Что?.. Не понял… Не организовывал притона? Пострадавший?.. Так точно! Виноват, примем меры. Так точно, понял. Есть!
Он повесил трубку и посмотрел на Горислава Борисовича осмысленным взором.
— Простите, накладочка вышла. Район большой, ситуация криминогенная, ну и… перепутал вас тут с одним. Давайте так… вы сейчас напишите заявление в произвольной форме, но подробно: кому сдали квартиру, на каких условиях… ну и всё остальное. Тем временем наряд вернётся, они сейчас на вызове, и сразу же вместе с вами пойдёт и разберётся с вашим Хачиком.
— Тимурчиком, — поправил Горислав Борисович.
— И с Тимурчиком тоже разберётся.
