– Каким советом? Вы мне их так много давали, что я сбился со счёта, – настолько правдоподобно изумился Иван Иваныч, что сам поверил в свою забывчивость. Блоггер, вероятно, принял правила игры, потому что не стал уличать собеседника в избирательности памяти, а заполнил экран текстом, включающим, в том числе, и напоминание о своём совете. Пробежав глазами написанное, Иван Иваныч понял, что сославшись на забывчивость, он не так уж и сильно лукавил. Более менее осознав прочитанное, он откинулся на спинку кресла, потёр рукой подбородок и в несвойственной ему манере, с интонацией человека только что избежавшего, казалось бы, неминуемой гибели и ещё не понявшего радоваться этому или нет, произнёс: «Да, блин, дела…» Он вспомнил всё до малейших деталей: и совет блоггера сменить партийные ориентиры с тем, чтобы пойти на второй срок и победить, не связывая себя с Партией; и своё намерение поступить именно так; и как решил всё ещё раз хорошенько обдумать и взвесить, а потом отдохнуть и… уснул. Значит и публичное отрешение от Партии, и победа на выборах, и работа над ошибками, и результаты этой работы – всё это было во сне?! От этого открытия он чуть не подпрыгнул в кресле. Правда, это была его первая реакция, являющаяся следствием действия на мозг самого сильного человеческого инстинкта – инстинкта самосохранения. Только минуту спустя голову стали наполнять эмоции в различной их цветовой гамме и амбиции, стремящиеся вырваться наружу, дабы самореализоваться, не считаясь с обстоятельствами. И тогда Иван Иваныч совершенно по-другому посмотрел на полученную с экрана информацию. Выходило, что о его сокровенных намерениях знал или подозревал кто-то ещё. И этот кто-то сделал даже больше, чем надо, чтобы они не материализовались. Может быть это совпадение, случайность, но слишком уж точное попадание, чтобы быть таковыми. Иначе, зачем было трогать ЭРЭСов? Кому мешал мягкий и гибкий Сергей Сергеич? Критиковал он Партию осторожно. Складывалось впечатление, что все выступления предварительно согласовывал. Ну высказался разок резковато, так это же не повод, чтобы сразу раскассировать человека по всем статьям. Просто он оказался в ненужное время в ненужном месте и все обстоятельства, независимо от его воли и желания, сошлись против него в одной точке. На самом деле все должны были увидеть и зарубить себе на носу, что с Партией шутки плохи и любой, кто будет против ветра плевать, невзирая на должности и былые заслуги, будет подвергнут общественному порицанию и всесторонней обструкции. Это хорошо, что пока он ещё один из замов главного по Парламенту. Но уже один из многих, а не единственный, как был. Что будет с ним дальше можно только гадать. Однако что-то подсказывало Иван Иванычу, что ничего хорошего Сергей Сергеича не ожидает, ибо перспективы для его партии весьма туманны. Казалось бы, зачем уничтожать союзника. Ведь структура эта, ЭРЭС, была создана, чтобы помогать Партии в наборе голосов. Вышла из-под контроля? Сомнительно. Скорей всего надо было лишить его, Иван Иваныча, опоры, потенциального союзника и, как следствие – иллюзий по поводу его политической самостоятельности.
На первый взгляд вроде бы ничего не произошло. Партия осталась, лидер тоже, правда уже не в фаворе. Вот тут-то и «собака зарыта». Наверное, нигде в мире, политики или люди околополитического круга, питающиеся с её, политики, стола не реагируют так чутко и чётко на малейшие изменения в отношении к их партии со стороны главных лиц государства. Не важно, в какой форме и как получат они этот сигнал, результат будет один – бегство, но не в никуда, а в стан более сильного и уверенного в завтрашнем дне. Пусть даже он был вчерашним политическим противником. В результате ЭРЭС в том виде, в котором она ещё недавно была и могла рассматриваться в качестве альтернативной политической силы, нет. Пусть даже Сергей Сергеич круто изменил отношение к Партии (как, впрочем, и она к нему) и стал чуть ли не основным оголтелым оппозиционером. Но он лишился чуть ли не самого главного в нашем политическом истеблишменте – административного ресурса, и никто его уже в серьёз не воспринимает – ни сторонники, ни противники. Не видят перспектив, и, возможно, во многом они правы. Остаётся уповать только на нашу извечную жалость к обиженным властью, а Сергеич, получается, обиженный.
– Всё! – Сдерживая крик, выдавил из себя Иван Иваныч. – Теперь даже я не смогу поднять их с колен. Соответственно и самому придётся оставаться в таком же положении. Да, у меня есть ресурс, но использовать его на цели возрождения ЭРЭС или создания чего-то другого уже поздно и бессмысленно. Сожрали Сергеича, сожрут и меня, только жевать придётся подольше. Прав был классик, что промедление смерти подобно. Ведь знал же об этом, знал, но думал – время ещё есть. Оказалось – уже нет. С этим словами Иван Иваныч с опаской взглянул на монитор. Не слышит ли тот его рассуждения. Но экран пусто светился бело-лунным светом.
