Чёрные птицы бродят по звёздным швам,ищут остатки всеми забытых свастик.Ты прилетела. Здравствуй, мой милый вамп.В небе полно любви, не хватает страсти.Молча снимаешь крылья в который раз,пахнешь солёной степью, полынным соком.Что же ты в эту небыль-то забралась?Бог, он какой? Обычный. Да Бог с ним, с Богом.Я отошёл от прошлой своей войны,ты прилетаешь реже ко мне и реже,мы, говоришь, любить с тобой не вольны,плачешь, как будто бритвой по сердцу режешь.Мне надоела злая твоя родня,я возродился, снова – большой и сильный.Утро уносит прочь тебя от меня,может, и мне такие же сделать крылья?Толку томиться в комнате у окна,каждый безумный день заполняя ветром.Там, за холмом, другая моя войнакрылья за просто так предлагает смертным.<p>«Эта судьба за красной твоей чертой…»</p>Эта судьба за красной твоей чертой.Значит, за Родину всё-таки стоит драться?Жизнь может быть убойной и холостой,всякую примем запросто без квитанций.Брось на весы, шагай к своему врагу.Пуля, осколок? Штык по душе? Граната?Крылья примерить хочешь – я помогу,если по силам быть на земле крылатым.Если способен выпить чужую боль,вывернуть душу, стать навсегда забытым.Видишь, колючий сумрак оплёл забор,сыплется в землю горе назло молитвам.Там, за колючкой, каждый уже крылат,их я среди живых и не числю вовсе.Страшно тебе? Иди и умри, солдат.Бойся отсрочить смерть, умереть не бойся.Бойся бесовской шубы с её плеча.Стоит примерить – поздно трубить тревогу.Впрочем, лояльность к жертвам и палачам –то, что обычно люди прощают Богу.<p>«Ночь торговала жизнями на развес…»</p>Ночь торговала жизнями на развес,брать не хотели: что в них – сплошные беды.Вышел из тьмы на площадь голодный бесв старых, как наша память, дырявых кедах.– Ух ты! Какие запахи – боль и страх!Эти приправы к жизням полезней прочих!Лузгались, будто семечки на зубах,тысячи неприкаянных одиночеств.После, наевшись досыта, до икот,пил с лопуха росу, смаковал по капле.Вдруг неземной печалью свело живот,петь потянуло, выть и реветь по-бабьи.Стыли дождинки в мареве ледяном,где-то внутри пылала чужая благость.Он бы назвал всё это кошмарным сномесли бы, чёрт возьми, не сумел заплакать.<p>Настя</p>
