Несмотря на такой потрясающий архитектурно-культурный антураж, жил я скромно. Экономил буквально на всем, ибо проживавший в Барселоне однокашник, сам недавно перебравшийся на Пиренеи, сумел из своего семейного бюджета выделить не столь уж большую сумму, но и за это ему я до сих пор очень благодарен. Но тот день – предпоследний в моем пребывании в Мадриде – выдался особенным. Во-первых, было заключено соглашение на обучение в Пятигорске сорока марокканских студентов. Во-вторых, с утра я познакомился с… нет, об этом лучше с глазу на глаз. Ну и в-третьих, с кем познакомился, отправился вечером ужинать в один из ресторанчиков на уже упоминавшейся площади. Была открыта заначка, заказаны блюда, на которые до того я лишь таращился на витринах, куплена одна кубинская сигара, и легкие полукруглые движения моих рук поблизости встречали только взаимность. Но это не главное. Вскоре я обратил внимание на необычную группу пирующих за соседним столом, точнее столами, сдвинутыми в один ряд. За ними заседала группа моих тогда еще соотечественников из Грузии, принятых вначале мною за команду рыболовецкого траулера, арестованного за контрабандную ловлю в Бискайском заливе. Сперва они, чем-то озадаченные, пили практически молча. Но вскоре, когда заиграл небольшой оркестр и запели ресторанные артисты, земляков будто подменили. Они стали потихоньку подпевать, а затем во время паузы своды здания содрогнулись от удивительного хорового пения – раздольно напевного, порой мощного, как гром с молнией, а порой плещущего, как ласка, ручейка. Вместе со всеми я вдруг ощутил полноту чувств, мощь и эмоциональность. Этих музыкантов трудно было представить воюющими с врагом, готовыми убить кого бы то ни было. Я увидел, как встали сидевшие в ресторане люди, с улыбающимся теплом в глазах, с восторгом аплодировавшие. Но, с другой стороны, надо не знать испанцев: это появление «чужаков» не могло не вызвать ответной реакции «местных», и ситуация неожиданно переросла в певчий поединок, где соревновались признанные мастера. Это мне чем-то напомнило сюжет рассказа Ивана Сергеевича Тургенева «Певцы». Пели одни, затем им словно отвечали другие, и так длилось, к великой радости посетителей, довольно долго. «Местные», когда был исчерпан их репертуар, послали за подмогой в соседний ресторан, но и та оказалась не столь надежной. Вскоре публика восторженно и единогласно признала победителями заморских артистов, оказавшихся членами легендарного ансамбля «Грузинские голоса».
Отдельного слова заслуживает владелец ресторана. В этот вечер он был у себя в заведении и все видел своими глазами. Мне показалось, поначалу он расстроился из-за неожиданного слома привычной программы ресторанного вечера. Но, будучи тонким знатоком пения, поклонником тогда только входящей в славу Монсеррат Кабалье (да и что скрывать – неплохим антрепренером), он несколько артистично указал соотечественникам на дверь, а грузинам приказал официантам принести самого лучшего испанского вина. Под аплодисменты публики он пригласил быть артистов его ежедневными гостями. Так впервые тбилисское «Динамо» обыграло мадридский «Реал».
Позже, уже вернувшись на родину, я выяснил, что официальной датой рождения ансамбля считается 1986 год, хотя основавшие его участники дружили между собой с 1979 года и их связывала совместная работа в Государственном комитете телевидения и радиовещания Грузии. По этой причине группу некоторое время называли «Журналисты». С 1991 года по просьбе французского импресарио ансамбль назвали «Грузинские голоса», и это время можно назвать началом «пути наверх». С тех пор и по сей день ансамбль под этим названием проводит концерты на сценах крупнейших городов мира. В начале, из-за занятости работой на телевидении, участники ансамбля в течение года лишь два-три раза могли выезжать на гастроли и, несмотря на это, все же объездили почти полмира, везде оставляя неизгладимый след грузинской песенной культуры. Репертуар ансамбля весьма разнообразен и иногда выходит за рамки традиционного песнопения, но основа его – именно народный грузинский фольклор. Группа старается сохранить чистоту первоисточника, и в большинстве случаев ей это удается. Многие обозреватели считают, что музыка «Грузинских голосов» заражает эмоцией слушателей с самым разным вкусом. Участники же ансамбля считают, что наиболее желаемый контакт со слушателем бывает при естественном («живом») звучании, без вмешательства электроники, усилителей и динамиков. Поэтому «Грузинские голоса» стараются в основном придерживаться камерных помещений или церквей. Но при необходимости ансамбль не избегает и грандиозных концертных сооружений и даже выступлений под открытым небом. Просто в таких случаях значительно меняются и репертуар, и манера пения группы.
