На крылечке подъезда сидел хорошо одетый молодой мужчина. Без шапки, в красивой дублёнке цвета тёмного шоколада и белоснежной рубашке нараспашку. В руках у него была початая бутылка «Хеннесси».
Иришка беспечно плюхнулась на лавочку.
– Привет! – поздоровалась она с мужчиной. – А мы сегодня на пряники не успели!
– Привет, – машинально ответил незнакомец. – А я сегодня папой не успел стать…
Пока мужчина собирался извиниться перед мамой девочки за свою бестактность, девочка продолжила их недетский разговор.
– А-а-а-а-а, у тебя, наверное, что-то случилось?
– Ира! – голос женщины прозвучал достаточно тихо, но укоризненный тон его отозвался в тишине двора особенно пронзительно. – Сколько раз тебе можно говорить, что к посторонним нужно обращаться на «вы»!
– Мам, мы с ним познакомились, и значит, он уже не посторонний, – возразил ребёнок. – Знаете, когда мне бывает очень грустно, я беру что-то любимое в ладошку и оно меня согревает. – Девочка сняла варежку и стала шарить в своём кармашке.
– И часто тебе бывает грустно? – спросил мужчина.
– Когда мамы долго нет, – ответила девочка. – Она очень много работает.
– Мы с женой тоже очень много работали. И она тоже не успела стать мамой.
– Она погибла?
«Господи, откуда она слова-то такие знает!» – только и успел подумать незнакомец.
– Вот, возьмите! – Иришка протянула мужчине красивую бусинку. – Это волшебный кристалл, – на полном серьёзе продолжала девочка. – Вы загадайте желание, и всё пройдёт!
Мужчина протянул руку и бережно взял бусинку.
Не знаю, как по поводу всего остального, но кристалл воистину оказался волшебным: незнакомец почувствовал там, где болело сердце, непонятную теплоту и ласково улыбнулся девочке.
– Не обижайтесь, просто она у меня очень общительная, – сказала подошедшая к ним Лара.
– И развитая не по годам, – добавил мужчина. – А как же ты будешь без своего кристалла?
– Ну я же с мамой и папой! А с ними я в безопасности!
Лара сняла перчатку, достала из портмоне визитку и протянула мужчине:
– Если я могу чем-то помочь, обращайтесь.
«Полковник юстиции Лара Виссарионовна Нович», – прочитал незнакомец.
– Полковник Лара! – произнёс он вслух. – Да вы – волшебница!
– Скорее… Снегурочка, – тихо ответила женщина и вместе с дочкой исчезла в подъезде.
Эти моменты потом чётко всплывут в памяти мужчины.
Увидев по ТВ задержание Нович, незнакомец не сразу поймёт, о ком идёт речь. Но, узнав по фото мать своей спасительницы, сразу смекнёт: фотомонтаж – руки, фигура не её. И на ногах у женщины были удобные для вождения угги. Значит, её брали при параде, свои усталые ножки Снегурочка всегда берегла.
Потом он обнаружит странные вмятины на машине сына Жанны и след от прежней краски.
А в день задержания Нович, выгуливая Жульку (ну надо же было завести кого-то, на кого можно было бы переключить свою любовь!), незнакомец несколько раз видел Жанну, выходящую из подъезда: то садящуюся в машину Композитора, то к непонятным людям в чёрном.
Когда на вопрос «Ребят, случилось что?» те, мягко отшив, послали его: «Мужик, всё спокойно. Иди домой!» – домой ему идти окончательно расхотелось.
Отправив Жульку в квартиру, он притаился в подъезде. По голосам можно было подсчитать: в засаде сидело человек шесть как минимум.
«Силён, видать, мужик, которого вязать собираются», – подумал незнакомец.
По рации раздалось: «Внимание! Подъехала!»
«Ух ты муфты! Да преступник – баба!» – хохотнул про себя мужчина.
Свет в подъезде внезапно загорелся, но, прежде чем увидеть Снегурочку, мужчина услышал стук женских каблучков. Он жил выше Жанны и заметил, что женщина поднялась к ней. Люди в чёрном вросли в стены? Возможно.
Минут через пятнадцать Снегурочка вышла от Жанны в перчатках, осторожно держа какой-то пакет – наверное, с мусором. Свет резко погас, послышалась возня и голоса: «Руки, руки ей держи!» «Не имеете права!» – спокойно и с достоинством сказала женщина. «Не только имеем, но и тебя поимеем, сучка!» – зло и как-то по-уркски ответили ей.
Незнакомец машинально снимал на телефон всё, что творилось в темноте, и своим ушам не верил. Служба в спецназе, военные хитрости, усвоенные до счастливой женитьбы, позволили ему остаться незамеченным даже для людей в чёрном. Или нéлюдей?
Через два дня он вылетел во Францию, чтобы отвезти туда прах жены и их неродившегося ребёнка. Она так хотела увидеть Париж! И не умереть, а быть там с ним, гулять по Елисейским полям, ужинать в ресторане на Эйфелевой башне. Она так этого хотела!
А потом наступил карантин. Незнакомец был вынужден наслаждаться красотами неродной столицы и почти сроднился с ней за два года пребывания там. А работать, благодаря Всемирной паутине, можно было и здесь.
