– Да, мам, это лысое чмо, кажется, хочет… типа, постепенно переводит меня на полный день, – недовольно сказала Саша в телефон, который зажала между щекой и плечом, и перекинула пакет в другую руку. – А я ему скажу всё, что думаю! Урод.
Саша уже второй год работала актрисой на полставки в московском хоррор-квесте. По большому счёту ей там нравилось: близко к дому, коллектив весёлый, должность необычная и творческая – всё как она любила. Только директор отравлял рабочий процесс. Часто Саше казалось, что он таким уже родился: гневливым, чёрствым человеком с выражением перманентного недовольства на красном лице.
Пока старая походная куртка и штаны стирались в машинке, девушка протирала пыльные сапоги сорок первого размера. Кристина восторженно сообщила, что эту одежду вместе с другими такими же костюмами нашли в кладовке и что она идеально подходит для нового хоррор-квеста про сталкеров. Он стартует через месяц – осталось лишь сделать тестовые прогонки с экспертами. Вот только директор решил, что Саша, студентка-очница, непременно должна тоже в нём участвовать.
Перед сном она перечитывала все лекции по «технологии плодовых вин», но снилась всё равно работа. Саша расположилась в одном из жёстких кресел комнаты отдыха, которые окружали высокий квадратный столик, а рядом в таких же креслах, расслабленно откинувшись на спинки, сидели двое незнакомых парней. Они увлечённо обсуждали планы на дальнейшую жизнь. Саша же смотрела на столик и недоумевала: почему он не круглый?
– А я буду много путешествовать! Ну и продолжу играть в этом квесте и через пять лет, – уверенно заявил парень, сидящий справа, и беззаботно заложил руки за голову.
Саша машинально покосилась на настенный календарь. Две тысячи четырнадцатый год. Она тут же нахмурилась и хотела спросить, какого чёрта повесили старый, но в то же мгновение очнулась у себя в кровати от будильника на смартфоне.
«Ребят, Марата больше нет…»
Пятьдесят три непрочитанных сообщения в чате. Алиев Марат, квест-актёр, не дошёл до дома минувшей ночью. Когда Сергей Гайдо, его товарищ по квесту, услышал истошные крики во время их разговора по телефону, в ту же секунду вызвал полицию и сам понёсся на выручку. Но всё, что нашёл, – это ещё тёплый труп в луже крови. Марату проломили череп, рёбра, сломали шею и разбили лицо.
Саша, как и многие её коллеги, отнеслась к новости без сильных эмоций – «в мире каждую минуту кто-то умирает, здесь нет ничего необычного». Но после того как через день самого Сергея нашли у подъезда жестоко избитым и в неестественной позе, среди работников квеста прокатилась волна паники. Чат в «Телеграме» не замолкал. Почти все боялись за свои жизни, думали о том, чтобы уволиться и переехать. Директор придерживался другого мнения. Громко угрожая по телефону увольнениями, вынудил самых податливых выйти на работу. Лишь на день. После такого же странного убийства Анны Дмитриевой скромная администраторша предложила решить проблему радикально: устроить коллективную забастовку против тирании босса. Квест пришлось временно закрыть, так как его сотрудники единодушно отказались приходить.
Полиция начала допрашивать Сашу и её коллег. На последнем допросе они прямо сообщили, что подозревают во всём её. Экспертиза выяснила, что убийца – физически сильный человек около ста восьмидесяти сантиметров ростом, владеющий приёмами силовых единоборств. И Саша идеально подходила под эти параметры: рост – сто семьдесят девять и второй спортивный разряд по тайскому боксу. Только мотива не хватало.
Её перестали радовать разговоры с мамой по телефону. От её весёлого голоса и «радостных» новостей о том, что у кого-то родился сын или появилась новая машина, становилось страшно, возникало стойкое ощущение, что всё вокруг – ненастоящее. Как будто они с мамой живут в разных вселенных.
– Ага. В общем… жесть та ещё, – задумчиво проронила Саша и, с трудом передвигая ноги, повернулась на другой бок. Телефон оказался зажат между ухом и кроватью.
Вечером того дня, когда убили Анну, Саше позвонил старый друг Денис. Загнанная в угол чередой непонятных смертей, подозрениями полиции и недосыпом, она чувствовала потребность хоть с кем-то поделиться жуткими событиями, которые её окружают.
– Да уж… Как себя чувствуешь?
– Да ужасно! Полиция меня подозревает, представляешь?! Я, типа, идеально подхожу, видите ли! – Саша мгновенно взорвалась от злости. – Задолбалась очень, сплю только… точнее, засыпаю только после полуночи. Сны какие-то… дурацкие снятся! И голова болит.
– Что ещё за сны?
В ночь, когда убили Сергея, Саше снова приснились те же парни. В той же комнате отдыха с высоким квадратным столом вместо круглого и старым календарём. Ребята обмакивали перьевые ручки в баночки с чернилами и писали малюсенькие записки с подсказками для не самых догадливых посетителей. В это время в душе у Саши теснилось какое-то предвкушающее ликование. Она чувствовала, что скоро станет частью чего-то нового, ждала радостной вести. А пока помогала чинить реквизит.
