Россолински полностью

Свое отношение к происходящим событиям выразил и митрополит ГКЦ Андрей Шептицкий, однако в эти дни, как и на последнем этапе войны, его позиция не была однозначной. Вначале глава ГКЦ с энтузиазмом относился к «Украинской национальной революции» и попыткам ОУН(б) создать украинское государство. По этой причине он поддержал государство ОУН(б) в своем пастырском послании, но не одобрил политику ОУН(б) в отношении этнических меньшинств¹⁰³⁸. Однако 1 июня 1941 г., когда раввин Иезекииль Левин попросил Шептицкого остановить погромщиков, Шептицкий не стал в это вмешиваться, предложив при этом Левину и его семье приют¹⁰³⁸. О позиции Шептицкого оставил свои свидетельства переживший Холокост Эдмунд Кесслер. В дневнике за 1942-1944 гг. он писал: «Украинский архиепископ читает проповедь, в которой он, вместо того чтобы успокоить волнения и приручить варварские инстинкты, демагогически подстрекает толпу, призывая население предпринять во имя священной веры ответные меры против евреев за их предполагаемое зверское убийство политических заключенных, хотя некоторые из этих заключенных также были евреями»¹⁰⁴⁰. Согласно источникам ОУН(б), Шептицкий приказал всем греко-католическим священникам украсить свои церкви немецкими флагами и подчиниться немецким и новым украинским властям¹⁰⁴¹. Он также был обеспокоен конфликтом внутри ОУН, и по этой причине посоветовал Мельнику уладить отношения с Бандерой и Стецько¹⁰⁴². Шептицкий раскритиковал ОУН за салют Слава Україні! - Героям Слава!, поскольку этот салют вытеснил религиозное приветствие «Слава Иисусу Христу!»¹⁰⁴³. По словам представителей польского правительства в изгнании, в дальнейшем Шептицкий, оценивая последствия «Украинской национальной революции», был полностью разочарован действиями ОУН(б). Он называл ее членов «несерьезными людьми» и «сопляками»¹⁰⁴⁴. Митрополит помог спасти или лично спас от Холокоста более сотни евреев, спрятав их в греко-католических монастырях, церквях и помещениях своей резиденции¹⁰⁴⁵. Люди, которых

спас Шептицкий, вспоминали его как очень доброго и благородного человека¹⁰⁴⁶.

Различной была и позиция греко-католических священников. Например, священник Гавдуник из с.Незвиско был одним из главных организаторов погрома 2 и 3 июля 1941 г., в ходе которого были убиты евреи из нескольких соседних сел¹⁰⁴⁷. Священник в с. Лука, недалеко от с.Незвиско, согласился помочь еврейской паре - при условии, что они примут крещение¹⁰⁴⁸. Священник в г.Болехов, по словам выжившей Матильды Гелернтнер, прелюдно сказал, что «евреи - это проклятая нация, проклятого происхождения, вредный элемент, и поэтому они должны быть уничтожены»¹⁰⁴⁹. Элен Пресслер, еще одна выжившая из Болехова, указывает в своих воспоминаниях имена священников, которые подстрекали крестьян к насилию. При этом она также рассказывает о священнике, который пытался убедить местных националистических лидеров прекратить антиеврейское насилие. Поскольку они не послушали его и продолжили погром, он снял со своей церкви украинский флаг¹⁰⁵⁰. В проповеди в с. Коропец греко-католический священник Скороход осудил убийства, совершенные украинскими милиционерами, и арест поляков. По окончании службы милиционеры провели с ним короткую беседу, после чего Скороход тут же покинул Коропец. На его место прибыл другой священник, который в своих проповедях приравнивал поляков к русским и называл оба народа «врагами украинского народа»¹⁰⁵¹.

О действиях одной из походных групп (в составе которой были Ярослав Стецько, Лев Ребет, Ярослав Старух и др.) в г. Яворов можно судить по обстоятельному отчету, составленному 29 июня 1941 г.¹⁰⁵² Более полную картину этих событий позволяют представить и свидетельства выживших евреев, хранящиеся в AZIH¹⁰⁵³.

Во время двухнедельной оккупации Яворова (в сентябре 1939-го) украинские милиционеры (в желто-голубых нарукавных повязках) содействовали немецким частям в унижении, издевательствах, пытках, избиении и убийствах евреев, а также в разрушении синагог¹⁰⁵⁴. Этот инцидент надолго запечатлелся в памяти евреев этого провинциального городка, расположенного неподалеку от немецко-советской границы. С началом войны многие евреи быстро сообразили, что их ожидает, и приняли решение спасаться бегством. Видимо, по этой причине в этом городе, когда в него вошли немецкие войска (25 июня 1941 г.), не устроили еврейский погром¹⁰⁵⁵. В этом смысле Яворов стал исключением: в последующих событиях лишь немногие евреи приняли решение не дожидаться немцев и спасаться бегством, перебираясь с Западной Украины на советскую территорию¹⁰⁵⁶.