Вторая мировая не изменила крайне правых взглядов Бандеры, но Провідник адаптировал их к реалиям «холодной войны», учитывая прежде всего перспективу сотрудничества с британскими и американскими спецслужбами. Бандера попытался вернуть принцип фюрерства, с тем чтобы снова стать единоличным вождем всего движения. Как и другие члены ОУН, Бандера никогда не признавал злодеяний, совершенных ОУН и УПА во время войны. В своих выступлениях и текстах он перестал называть евреев и поляков «врагами украинской нации», поскольку представители этих национальностей уже не проживали в Украине в столь значительном количестве, как это было ранее. Бандера скептически относился к демократии, выступал с поддержкой политики Франко и считал, что только крайне правая милитаристская организация способна освободить Украину и управлять ею надлежащим образом. Несмотря на приглашение Франко, Бандера принял решение остаться в Мюнхене, где развернул деятельность, поддержку которой оказывали как бывшие нацисты, в том числе Герхард фон Менде, так и американские спецслужбы. Бандера побывал в украинских общинах нескольких западных стран, кроме
США. Консульство этой страны в Мюнхене отказывало ему в выдаче визы. Семейная жизнь Бандеры, видимо, была гармоничной, хотя есть основания полагать, что он плохо обращался с женой. Он был одержим женщинами и, по-видимому, пытался изнасиловать одну из них.
В послевоенные годы советская разведка предприняла ряд попыток похитить или убить Бандеру, что оказало серьезное влияние на образ жизни всей его семьи. Убийство Бандеры произошло во время кампании против Теодора Оберлендера и повлекло за собой множество международных спекуляций.
Глава 8. Бандера и советская пропаганда
Важной задачей данного исследования является изучение влияния на культ Бандеры советской пропаганды, которая, как известно, стремилась его разрушить, но в долгосрочной перспективе именно она его и укрепила значительным образом. Бандере и ОУН(б) советский пропагандистский аппарат впервые уделил внимание вскоре после начала операции «Барбаросса» и «Украинской национальной революции» -в июле 1941 г. Что касается внедрения шпионов в ряды ОУН, то это произошло еще в начале тридцатых годов, а позднее, в 1940 г., агент по кличке «Украинец» внедрился в ОУН(б) настолько глубоко, что сумел впоследствии предоставить советской разведке подробную информацию о ведущих членах этой организации и расколе ее на две фракции1796.
В первом номере военной газеты За Радянську УкраТну за 31 июля 1941 г. была опубликована статья А. Корнейчука «Смерть предателям Украины!», в которой автор писал: «Гитлер просит предателей украинского народа - петлюровцев, членов ОУН, гетманцев, желтую и голубую грязь — о помощи». «Желтый и голубой» упоминались в связи с цветами национального флага, используемого ОУН(б) и другими украинскими националистическими и фашистскими организациями, а до них - украинским национальным движением, УНР и украинскими национал-демократами. Бандера был единственным человеком, кроме Гитлера и Сталина, которого Корнейчук назвал по имени: «За ложь, провокации и убийство наш свободолюбивый народ ответит желто-голубой банде и ее лидеру, Степану Бандере, одним словом -смерть!»1797
С осени 1941 г., сразу после отступления Красной армии с Западной Украины, «желто-голубые» перестали занимать в советской пропаганде заметное место. До тех пор, пока в конце 1943 г. советские вооруженные силы снова не вернулись на эти территории, украинских националистов лишь время от времени упоминали в газетах, называя их «предателями» или «нацистскими прихвостнями» (ил. 204). Наряду с другими украинскими группами националистов, такими как сторонники Скоропадского и «мельниковцы», Бандеру и его соратников - «бандер» или «бандеровцев» - называли агентами Гитлера (ил. 210-211 )1798.
В 1942 г. в Москве отмечался 25-ти летний юбилей образования УССР. КПУ выпустила пропагандистские материалы, посвященные Сталину и Хрущеву, в которых в адрес Сталина были использованы следующие эпитеты: Вождь, или Дорогий наш, рідний Іосиф Вісаріонович!, или Батька рідний, товариш Сталін. Эмоциональное восхищение Сталиным в некоторой степени напоминало восхищение Бандерой в период осуществления «Украинской национальной революции». Однако Бандеру обычно называли не отцом всех украинцев, а Провідником или Вождем. Поскольку слово «вождь» означает одно и то же как на русском, так и на украинском языках, можно сказать, что Бандера и Сталин имели одинаковые титулы. В этом смысле концепция Сталина как вождя, в том числе и советской Украины, конкурировала с концепцией Бандеры как вождя украинского авторитарного государства фашистского типа1799.
