Россолински полностью

31 июля 1959 г. Ассоциация преследуемых нацистским режимом (VVN) выдвинула Оберлендеру и батальону обвинение в убийстве «310 тыс. поляков, евреев и коммунистов, произошедших в период между 30 июня 1941 и 20 ноября 1943 г.»; соответствующий иск был подан в Федеральное управление юстиции в Людвигсбурге (ФРГ). VVN (политическая организация, основанная в ФРГ в 1947 г.) часто публиковала списки политиков,

которые сотрудничали с национал-социалистами или были причастны к компрометирующим их действиям. Батальон «Нахтигаль» фигурировал в обвинении как подразделение, совершившее ряд военных преступлений, ответственность за которые возлагалась на Оберлендера и других немецких офицеров¹⁷⁷⁵. В 1960 г. власти ФРГ начали расследование этого дела и вскорости его прекратили. Следователи не нашли никаких доказательств того, что Оберлендер или какие-либо другие офицеры издавали приказы убивать евреев, но они не исключили, что украинские солдаты батальона участвовали в погромах и совершали военные преступления¹⁷⁷⁶. Ответ на эти обвинения прозвучал на пресс-конференции, состоявшейся в Бонне 30 сентября 1959 г. Оберлендер заявил, что с 1-го по 7-е июля 1941 г. он находился во Львове и много передвигался по городу и окрестностям, но он не видел никакого насилия или других эксцессов, что, очевидно, было ложью¹⁷⁷⁷.

Западногерманское расследование привело к дальнейшему развитию событий и в ГДР. Главным оппонентом Оберлендера стал Альберт Норден, профессор университета Гумбольдта и видный член ЦК СЕПГ (SED). На пресс-конференции, состоявшейся 22 октября 1959 г. в Восточном Берлине, Норден ознакомил журналистов с документами и заявил, что Оберлендера необходимо судить как «нацистского путчиста, выступавшего против Веймарской республики, одного из тех палачей славянской интеллигенции и евреев, кто в значительной степени несет ответственность за подготовку Второй мировой»¹⁷⁷⁸. Показательный заочный процесс над Оберлендером начался в ГДР 20 апреля 1960 г., в 71-ю годовщину рождения Адольфа Гитлера, и закончился через девять дней. Во время процесса часто всплывало имя Бандеры, которого называли лидером украинских националистов, а Оберлендера - человеком, который поддерживал террористическую и смертоносную деятельность бандеровцев. Оберлендера обвиняли в том, что он завербовал молодых украинцев в батальон «Нахтигаль и отдавал им приказы об уничтожении сотен тысяч невинных людей¹⁷⁷⁹.

Поскольку убийство Бандеры произошло во время кампании против Оберлендера, политики Восточного блока использовали этот инцидент, чтобы поддержать теорию, будто это Оберлендер, в сотрудничестве с Геленом, убил лидера украинских националистов, опасаясь, что Бандера может раскрыть новый ряд компрометирующих министра фактов. Сразу после убийства Бандеры в газетах появились карикатуры с изображением Бандеры, Гелена и Оберлендера. Самая известная из них изображала Оберлендера, рыдающего у гроба Бандеры. Надпись под ней гласила: «Он был хорошим нацистом, но слишком много обо мне знал»¹⁷⁸⁰.

На расследование и судебный процесс над Сташинским широкомасштабные действия пропагандистских аппаратов влияния не оказали. Суд по делам об убийствах Ребета и Бандеры состоялся с 8-го по 15-е октября 1962 г. в Федеральном суде г. Карлсруэ. Приговор был объявлен 19 октября. В ходе судебного разбирательства Сташинский подробно рассказал о том, как он оказался сотрудником КГБ, как он убил Ребета и Бандеру, как встретил Инге Поль и как со временем изменилось его отношение к КГБ и собственным преступным действиям. Психиатр Иоахим Раух подтвердил, что Сташинский правомочен нести ответственность за свои поступки, а эксперты подтвердили убедительность версии подсудимого. Судьи поверили Сташинскому и его рассказу, некоторые эпизоды которого подсудимый, возможно, слегка приукрасил, чтобы не обвинять себя излишним образом¹⁷⁸¹.

Адвокат Мир, выступавший от имени Дарьи Ребет, обратился к суду с просьбой о смягчении приговора. Он подчеркнул, что г-жа Ребет не держит зла на подсудимого, и считает, что ответственность за убийство Льва Ребета лежит на КПСС¹⁷⁸². Дарья Ребет выступила с аналогичным заявлением¹⁷⁸³. Наталья Бандера, выступая от имени своей матери, акцентировала свое внимание на том, что «почти вся семья моего покойного отца и моей матери погибла от рук врагов». Она рассказала о собственных страданиях и страданиях своей семьи, подчеркнув, что ее отец «был глубоко верующим человеком», который «умер за Бога и независимую свободную Украину - за свободу всего мира»¹⁷⁸⁴. По просьбе семьи Бандеры на суде выступил американский политик Чарльз Дж. Керстен. Он рекомендовал судье привлечь к ответственности советское правительство, подчеркнув, что таково желание Ярославы Бандеры¹⁷⁸⁵. Адвокат Ярославы Бандеры д-р Ярослав Падох, взывая к богу, заявил, что «гибель Бандеры и Ребета и этот грандиозный процесс Верховного суда Германии... помогут украинскому народу и всем другим свободолюбивым народам одержать победу в тяжелой борьбе против насилия»¹⁷⁸⁶.