Затем они усадили его на пол и стали поджигать ему бороду, но она никак не загоралась. Пока одни украинцы продолжали эксперименты с его бородой, другие подозвали к себе шесть бородатых евреев и также стали поджигать их бороды. Пока бороды горели, огонь переметнулся на одежду, в результате чего евреи тут же, на наших глазах, сгорели заживо...
После этого украинцы продолжили свои зверства. Они вывели из нашей группы глухого еврея с лысой головой. Его голова стала для них мишенью. Они бросали в нее металлические и деревянные банные принадлежности. Соревнование быстро закончилось, так как голова глухого разбилась на две части, а мозг из нее вывалился на одежду и на пол.
Среди нас был один еврей с кривой ногой. Украинцы пытались силой «выровнять» его ногу. У них ничего не получалось, еврей громко кричал. В конце концов они сломали ему ногу. Еврей уже не смог подняться; вероятно, он умер от разрыва сердца.
Дрожа от страха, мы были вынуждены сопровождать эти издевательства пением. Нас продолжали зверски избивать...
Нас били всю ночь. Утром стало ясно, что из приблизительно 300 человек, которых привели сюда в предыдущий день, выжило всего двадцать три, среди которых был и я. Остальные были убиты в результате непрекращающегося избиения»1213.
Двадцать человек из этих двадцати трех выживших в последующие часы и дни скончались из-за травм, полученных той ночью в бане1214. Это описание действий украинских полицейских представляет собой лишь
очень небольшую часть того, что они проделывали с евреями, патрулируя гетто и оказывая немцам содействие при депортации, рейдах и расстрелах. В сельской местности немецких полицейских было немного, если они вообще были, и власть почти полностью находилась в руках украинской полиции и местной украинской администрации1215. Пережившая Холокост Рена Гузь вспоминала, что в Поворском р-не Волынской обл. она была свидетелем того, как украинские полицейские жестоко избивали группу евреев, принуждали их танцевать в обнаженном виде, а затем, заставив вырыть себе могилу, расстреляли1216. Богдан Сташинский, из с. Борщовичи (недалеко от Львова), был свидетелем значительного участия украинской вспомогательной полиции в нескольких случаях расстрелов евреев в этом районе1217. Как и Polish сгіро, украинская Hilfspolizei отвечала за выслеживание и уничтожение евреев, которые сбегали из гетто и пытались укрыться в лесах или селах (в этих местах в результате таких действий были убиты сотни, а, возможно, и тысячи евреев)1218.
Многие евреи были убиты на территории Украины именно во второй половине 1942 г., когда гетто уже были расформированы. В ходе «Операции Рейнхардт» (Aktion Reinhardt) часть евреев, проживавших в округе Галичина, были депортированы в лагерь смерти в Белжеце (ил. 260); другие были расстреляны. На Волыни (Рейхскомиссариат Украина) евреев расстреливали возле гетто, в окрестных лесах или в полевых условиях, чем занимались подразделения сил полиции безопасности (Sicherheitspolizei) и службы безопасности (Sicherheitsdienst). Впоследствии все расстрелянные были погребены в братских могилах, вырытых советскими военнопленными (POW, prisoner of war, англ.), местными крестьянами, украинскими полицейскими или самими евреями. На Вольши уничтожение евреев в основном закончилось к декабрю 1942 г., в Восточной Галичине -к июлю 1943 г. Как при расформировании гетто, так и во время расстрелов украинские полицейские, как правило, были не менее жестокими и рьяными, чем немецкая полиция или офицеры гестапо. В одном из случаев, произошедших во время массовой депортации евреев из Львовского гетто в августе 1942 г., украинский командир вспомогательной полиции даже выразил недовольство тем, что члены организации Тодта препятствуют ему в выполнении его обязанностей1219.
Не менее значительной была роль украинской полиции и в массовых расстрелах. Полицейские помогали немцам в идентификации евреев, используя при этом списки, которые иногда составлялись органами местной украинской власти или простыми украинцами, часто - бывшими соседями будущих жертв. Украинские полицейские также конвоировали евреев до мест массовых убийств и следили за тем, чтобы те не сбегали (обычно евреев расстреливали немцы,
но иногда — и сами украинские полицейские)1220. В своем исследовании Холокоста на Волыни Шмуэль Спектор приводит описание одного из многочисленных расстрелов, которые произошли до того, как евреев согнали в гетто. Днем 12 августа 1941 г., по словам женщины-свидетельницы, потерявшей родственников во время этой бойни, «два грузовика украинских полицейских и убийц из гестапо въехали в городок [Горохов]. Через несколько минут вся украинская молодежь, которая, вероятно, подготовилась заранее, вызвалась им помогать. Всего через каких-нибудь два часа около 300 человек, в том числе детей в возрасте 14 лет, были схвачены на улицах или изгнаны из своих домов. Чрезмерное усердие и энергия, все это постыдное поведение, которые демонстрировала украинская молодежь в отлавливании евреев, не поддается описанию.