П.М.Трегуба, руководитель областного отдела охраны здоровья, заявил: «Немецко-украинские националисты, агенты немецких фашистов, все еще пытаются нам помешать. Они бормочут что-то о “независимой Украине”, но на самом деле являются злейшими врагами Украины и украинского народа. Они мечтают вернуть украинский народ в рабство фашистской Германии»1840.
Ольга Соболь, школьная учительница из г. Золочев, рассказала о том, как люди пострадали от немецкой оккупации, и как они в настоящее время восстанавливают социальные структуры при поддержке органов советской власти. Она заявила, что «наша работа была бы эффективнее, если бы эти отбросы общества, немецко-украинские националисты, не вредили нам. Теперь мы должны собрать все силы, чтобы как можно скорее ликвидировать остатки фашистской оккупации - бандеровцев, вырвать и уничтожить эту нечисть с корнем»1841.
Важным аспектом советского пропагандистского подхода к ОУН и УПА было разоблачение совершенных ими военных преступлений. В контексте рассказов о злодеяниях ОУН и УПА в советских пропагандистских материалах часто всплывало и имя Бандеры (ил. 206). Так, Галан начал одну из своих статей с истории 14-ти летней девочки, которая не могла смотреть на мясо. Один из «бандитов», ворвавшихся в их Дом, пощадил ее «во славу Степана Бандеры», при этом у нее на глазах он убил ее родителей, сказав ей, что их останки — это ее еда1842.
С начала 1945 г. по отношению к ОУН-УПА и другим украинским националистам советская пропаганда стала использовать прилагательное «буржуазные»1843. Это не вызовет удивления, если вспомнить, что в советской идеологии фашизм был ничем иным, как деформированным вариантом капитализма1844. Еще в двадцатые годы коммунистические идеологи связывали фашизм с капитализмом и называли итальянских фашистов мелкобуржуазными националистами1845. Украинских националистов называли врагами СССР не только потому, что они сотрудничали с нацистской Германией и предавали советских людей, но и потому, что они были буржуазными. Они были такими же классовыми врагами, как «куркуль» или зажиточный крестьянин, и прислуживали таким «буржуазным» государствам, как нацистская Германия. По словам Дмитрия Мануильского, выступавшего 6 января 1945 г. с речью перед западноукраинскими учителями, «куркули» были классом, который способствовал расширению сферы влияния ОУН и других украинских националистических организаций. В начале тридцатых годов «куркули» были ликвидированы в УССР как класс, и социальная опора для деятельности ОУН оставалась только в «реакционном польском государстве», что повторилось затем и в условиях оккупации «гитлеровской Германией», с которой «куркули», по словам Мануильского, сотрудничали аналогичным образом1846.
2 февраля 1945 г. в газете Вільна Україна была опубликована статья группы украинских ученых. Они заявляли, что бандеровцы были и «куркулями» и «агентами Гитлера». Действуя по указке Гитлера и преследуя цели сохранности своей «буржуазной» собственности, они убивали поляков и украинцев, чья единственная вина - принадлежность к компартии1847. В. Колесник охарактеризовал Бандеру как «сына куркуля из-под Станиславова»1848. Другой автор утверждал, что «куркули» -«бандеровско-куркульские упыри» - являются «опорой украинских фашистов»1849.
Еще одним важным аспектом советской пропаганды было изображение украинских националистов в виде горстки предателей и врагов украинского народа. В своем выступлении 6 января 1945 г. Мануильский подчеркнул, что украинцы, называющие себя националистам, не имеют ничего общего с теми украинцами, которых они убивали в массовом порядке. Чтобы обосновать это утверждение, он называет украинских националистов «...детьми, проклятыми своим народом и родителями, людьми без рода, племени и родины», «вооруженных немцами, с немецкими марками в карманах, с немецкими автоматами в руках, в немецких куртках и брюках, защищавших немецкое дело». С помощью
такой логики этим людям было отказано в праве называть себя украинцами и представлять интересы народа1850.
Рассказывая о «резне в селах... Ровенской области летом 1943 г.», Мануильский назвал главными жертвами этой антипольской этнической чистки вовсе не поляков, а украинцев, что заставляет вспомнить о советской интерпретации Холокоста, согласно которой основными его жертвами были не евреи, а советские люди. Мануильский также отметил, что украинские националисты, сжигая маленьких детей в домах и сараях, иногда кричали «Слава Бандере!». Он также рассказал о нескольких способах, с помощью которых бандеровцы убивали украинцев, и пришел к выводу, что украинский народ может написать собственную «Красную книгу о подлых издевательствах, ужасных преступлениях, пытках и убийствах, совершенных бандеровцами...». В последующих словах своего выступления он попытался легитимизировать террор НКВД: «И они, эти звери, смеют говорить, что органы советской власти применяют к ним террористические методы? Свят тот меч, который рубит головы таким преступникам!»1851