Роузуотер. Восстание полностью

– Позже схожу, – отвечает она. – Президент только что пытался вас убить.

– Да.

– Как вы собираетесь на это ответить?

– Я не стану отвечать. Сегодня он выступит с соболезнованиями и осудит произошедшее в самых категоричных выражениях. Возможно, даже предложит правительственную помощь. В любом случае это будет дымовая завеса. Вот что мне от тебя нужно: выясни, кто будет моим конкурентом на этих выборах.

– Я уже знаю, – сообщает Лора.

Прежде чем он успевает спросить, звонит телефон; это его жена. Она уже знает о взрыве и, выслушав рассказ Джека, говорит: «Mimi l’epon agbo nmi; ko le ja». «Мошонка козла болтается, но не отваливается». Иными словами: да, твой мир пошатнулся, но у тебя хватит сил, чтобы это пережить.

– Я тебя люблю, – говорит Джек.

– Возвращайся домой. Ты сегодня уже достаточно сделал.

Джек дома.

– Белый шум.

Нет.

– Песни китов.

Нет.

– Шум прибоя.

Нет.

Джек дома. Для него это первый момент покоя за весь день; но покоя нет. Его ум не перестает кипеть. Джек не помнит, чтобы когда-нибудь так уставал. Ему уже доводилось обманывать смерть, но адреналиновая реакция наступает каждый раз – как и теперь. Он дрожит, не сопротивляясь этому, принимая это. Ощущение похоже на страх, но Джек не боится. Он опрокидывает стул и позволяет себе упасть вместе с ним. Миг невесомости краток, но до того, как спинка стула ударяется об пол, впечатавшись в спину и затылок Джека, он утрачивает контроль. Он царапает икры о передние ножки стула, ноги резко сгибаются в коленях. Руки остаются неподвижными. Джек принимает боль, впитывает ее. Он слышит голос из прошлого: «Это величайший жизненный урок, мальчик. Ты садишься на стул, опрокидываешь его, отказываешься от контроля, принимаешь удар, а потом ждешь в тишине. Если жизнь не заговорит с тобой, делай это снова и снова, пока эта сука не выдаст тебе свои секреты».

Джек ждет в тишине, но жизнь ничего ему не выдает, поэтому он встает, поднимает стул и повторяет все еще раз. И еще раз. В голове у него поет кровь, локти болят, ноги покрыты синяками. Жизнь, или Вселенная, – не важно, – шепчет ему. Контроль снова в его руках. Джек подходит к окну, велит ему стать прозрачным и устремляет взгляд на купол.

Джек дома.

Третья прореха в ксеносфере расположена в жилом районе. Энтони приходится остановить такси в нескольких ярдах оттуда, потому что ему становится плохо. Его новый глаз не различает цветов. Энтони чувствует, что это тело повреждено, однако власть над организмом ускользает от него, и он не может вылечиться так, как ему бы хотелось. В ксеносфере – Энтони то погружается в нее, то выныривает – это место выглядит клубящимся черным облаком, пятном тьмы. Он оглядывается в поисках Молары, но никого не находит. В Роузуотере он останавливается посреди улицы; ему так плохо, что хочется лечь. Он думает, не провернуть ли снова трюк с глазом, однако новый и так уже вырос не различающим цветов – что если это не единственный дефект? Он может остаться слепым, лишиться световосприятия. Энтони все еще размышляет над этим, когда слышит рев двигателя – это скорая помощь. Она проезжает мимо, и… в следе этой машины… есть нити, подобных которым он никогда раньше не ощущал, но при этом знакомые. Квантово-запутанные воспоминания бьют тревогу: там, внутри, сознание домянина. Энтони почти не замечает вторую машину, проносящуюся следом. Ему все равно. Возможно, новый носитель каким-то образом травмирован? Куратор говорила, что с ним что-то не так. Но что? Прохлаждаться времени нет – ему нужно спешить туда, куда направляется скорая.