Так бы и простояли мы возле подъезда ещё очень долго, пока ноги наши не примёрзли к заснеженной земле, но тут наше уединение нарушила возникшая из ниоткуда «святая троица». Шумляева я узнала сразу. Его «шакалов» - Ковальчука и Викинга видела впервые. Признаться, более разношёрстную компанию редко где можно было повстречать: долговязый, широкоплечий Толян каланчой возвышался над рыхлым, толстощёким Ковальчуком и патлатым, белобрысым Викингом. Я почему-то сразу определила, что это именно он носит такую интересную кличку – внешность говорила сама за себя.
Несмотря на явное дружелюбие со стороны местных отморозков, при их приближении я как-то инстинктивно сжалась и постаралась отодвинуться от Виталика.
- Здорово. – Поприветствовал нас Шумляев от общего имени. – Чё вы тут балдеете? Холод собачий…
- Да так…Гуляем. – Виталик уже успел полностью успокоиться и взять себя в руки. Правильно, незачем всем демонстрировать своё настроение.
- Гуляете? – Викинг выступил вперёд, пригляделся к Виталику бледно-голубыми, почти бесцветными глазами навыкате. – А с мордой чё? С лестницы нае…нулся?
Шумляев и Генка громко заржали. Да уж… Серого вещества в мозгах у этих ребят было меньше мизера. Неужели Виталик умеет находить с ними общий язык? Да и не только он… Вся Канарейкина тусовка когда-то с ними дружила. Я попыталась представить каждого из этой шайки рядом с умницей Вадимом и не смогла. Слишком уж он от них отличался – ну просто небо и земля. Впрочем, даже среди хороших ребят равных Канарейке нет. И сам он друзей себе выбирает вовсе не по уму. Так моё ли это вообще дело?
Похоже, я слишком увлеклась созерцанием новых приятелей Виталика – Ковальчук, хмурясь, дёрнул толстыми, красными как яблоки щеками:
- Чё ты на меня так уставилась? Влюбилась что ли?
- С первого взгляда. – Не удержавшись, отпарировала я удар. Сейчас просто необходимо было самоутвердиться перед этой тёмной компанией. Слабость мне бы здесь не простилась. Тот вызывающий тон, что я выбрала, был единственно верным, иначе с такими людьми разговаривать было нельзя – возникал реальный риск быть заклёванной.
- Серьёзно? – Генка опять по-дебильному загоготал. – Тогда давай жениться, чё зря время терять?
- А я замужем.
- Да ну?! Во вмазался!
- Ладно, Ген, кончай. – Толяну нравилось наблюдать за нашей ершистой перепалкой, у него, по всему видать, вообще сегодня было отличное настроение. – И стоять тут надоело уже. Пойдем, посидим, у меня праздник сегодня.
- Какой? – Поинтересовался Виталик исключительно ради приличия. Мыслями он был где-то далеко.
- Брательник с зоны вернулся. Гулянку закатил, всех приглашает. Идёте? Выпивка халявная, колёса. Оторвёмся на всю.
До сих пор я была уверена, что Виталика ни выпивкой, ни тем более колёсами соблазнить невозможно. Но он совершенно неожиданно произнёс:
- Сейчас идём…
Глава 33
В доме под номером девятнадцать, что недалеко от бахчинского рынка, Толян Шумляев никак не мог проживать – слишком далеко он находился от места проживания Вадима и Виталика, а, насколько я успела понять, все трое они выросли в одном дворе. Тем не менее, вся наша компания в количестве пяти человек сейчас направлялась именно в эту «хрущобу» - на праздник.
Какого характера этот «праздник» можно было определить, не заходя в подъезд. Откуда-то из района третьего этажа на полную катушку гремела музыка. Что-то блатное и неприличное. Поднимаясь по грязной лестнице, загаженной то ли кошками, то ли неким подобием людей, я с ужасом представляла, где сейчас окажусь и тормозила от страха.
- Ты чего? – Торопил меня Шумляев. – Иди давай, не задерживай народ.
- Что это за квартира? Ты же не тут живёшь? – Я неосознанно пыталась уличить его во лжи, но ничего не вышло.
- Хата кореша Витькиного. Чё он, больной, в натуре, с предками оттягиваться? Да ты не дрейфь, Ксюха, компашка там клёвая. Только главное расслабься и получай кайф.
Виталик ничего не говорил и даже не старался меня приободрить. После драки с отцом его словно заклинило – он двигался как робот, говорил редко и отрывисто. Чувствуя, что Виталик ушёл в себя, я понимала, зачем он так легко согласился пойти в гости к Шумляеву. Ему хотелось забыться. Всё равно – чем и как. Чтобы не думать о том, что произошло и не переживать по этому поводу. Я, как косвенная виновница случившегося, в душе прощала Виталику его нынешнюю флегматичность и всеми силами пыталась его поддержать. В конце концов, где бы я ни очутилась, сейчас я буду вместе с ним, и он не даст меня в обиду.
