- Ну что? Доволен теперь?
- Чем доволен?
- Не притворяйся. Можно подумать, что ты ничего не понял.
- Почему? Понял.
- И что?
- А что?
Мне вдруг захотелось его ударить. Вот так схватить за грудки, развернуть к себе и врезать со всего маха по лицу, приводя в чувства.
- Хочешь сказать, что на тебя это никакого впечатления не произвело?
- Не хочу я этого сказать.
- Тогда в чём ещё дело? Иди и помирись с ним.
- Не пойду.
- Почему?!
- А почему бы ему не прийти первому?
- Слушай, хватит, а?! Что вы, в конце концов, как два дурака? Вы мне надоели уже со своей гордостью оба – упёрлись как бараны на одном мосту, лоб в лоб, и ни один не в состоянии с места сдвинуться! Так и бултыхнётесь в воду оба!
- В какую ещё воду? – Устало поинтересовался Виталик.
- Да ни в какую, господи! – Ещё больше взбеленилась я. – Михалкова в детстве надо было читать!
Он молчит, по-прежнему неприступный и неумолимый. И я уже просто не знаю, что мне делать. Хоть бери его за руку и тащи к Канарейке. Или же наоборот? Махнув рукой, я отправилась назад в гостиную. Тут уже царит спокойная, безмятежная атмосфера. Разговоры, шутки, чаепитие… Гитара лежит в углу, возле ёлки… Вадим сидит на диване в обнимку с Катей Богданович. Как ни в чём не бывало… Глаза сухие, смеющиеся, на губах – беззаботная улыбка. И мне уже кажется, что я ошиблась, решив, что Канарейка всерьёз переживает ссору с Виталиком. Может быть мне это померещилось и вовсе не стоило сейчас раздувать из мухи слона? Да и конце концов, что мне, больше всех надо что ли? Чего это я мечусь туда-сюда, пытаясь восстановить худой мир на месте доброй вражды, если они сами ничего не хотят делать?!
Я уже хочу уйти обратно на кухню, но в этот момент Вадим оборачивается и пристально смотрит на меня. Не долго, но я успеваю заметить мелькнувшее в его глазах смущение. Конечно, он-то знает, что я правильно поняла его песню и сейчас стыдится этой своей недавней слабости. Увы… Сделав и без того слишком широкий шаг в сторону Виталика, он тоже вряд ли пойдет мириться первым… Не имеет смысла проводить психологические беседы. Тем более, что рядом с Вадимом удобно устроилась Катя Богданович. Она не даст ему скучать и легко сумеет развеять его печали. Вот уже они снова обнимаются, Канарейка игриво целует Катю в мочку уха, и та, жмурясь от удовольствия, кладёт голову на плечо парня. Нет, всё-таки интересно, почему же именно Катя, а не Маша? Последняя, кстати, нисколько не ревнует – нормально общается с другими ребятами, строит глазки Юрке Борисову. Удивительна природа близнецов! Может, они с детства договорились никогда не делить парней?
- Привет.
Я уже примерно представляю, кому принадлежит этот нежный, неизменно высокомерный голосок, раздавшийся над моим ухом. Оглядываясь, совершенно верно вижу Варвару…
- Привет. – Робея, отвечаю я. Странно, почему меня всегда охватывает смущение при общении с сестрой Вадима? Что гложет меня, когда я вижу её вблизи? Зависть? Ревность? Восхищение? Сразу вспоминается, что это как раз из-за Вари разгорелась война со Звёздным Городком. Вспоминается пьяный базар братьев Шумляевых в той вонючей квартире… Вот оно – вечное яблоко раздора всего мужского населения вокруг. И не исключено, что в будущем все мы ещё здорово настрадаемся по вине этой распрекрасной царевны, удивительной копией своего неподражаемого брата.
- Смотрю я, что-то тебе здесь не особенно весело. Проблемы какие-то?
Это что-то новое…Впервые вижу, что Варю заботит чьё-то настроение больше своего собственного. Должно за этим что-то скрываться…
- А чего веселиться? – Я стараюсь быть предельно искренней, невольно желая завоевать расположение местной красавицы номер один. – Виталика сюда еле-еле притащила. Как на заклание, можно сказать, привела. А он теперь на кухне торчит, не хочет в комнату идти пока там Вадька. А мне что делать? Тоже на кухне сидеть?
- Да, серьёзная ситуация у вас сложилась, ничего не скажешь. – Варя смеется, и ясно, что на самом деле мои сложности кажутся ей ерундой. – Не бери в голову. Они всё равно помирятся. Они друг без друга жить не могут.
- Пока что живут. - Уныло замечаю я.
- Ой, да просто повода ещё не было подходящего – только и всего!
Я хотела сказать Варе про песню, которую только что пел Вадим – не является ли она хорошим поводом? Однако, подумав, решила промолчать. Раз Варя ничего не поняла, то и не стоит с ней сильно на эту тему откровенничать. А она тем временем, кажется, уже и забыла о чём мы только что говорили – устало зевнув, посмотрела в глубь гостиной, где все были поглощены самыми разными беседами.
- А мне тут тоже скучно, если честно. Но деваться некуда. Не дома же сидеть, согласна?
Я кивнула – с этим, действительно, трудно было не согласиться.
- Вот… - Продолжала Варя самозабвенно. – Под ёлкой сейчас дурдом, даже идти туда страшно…Кстати, мне Вадька что-то там говорил по поводу Шумляева. Вроде бы ты разговор какой-то слышала на днях…
