— Это хорошо, — сказала я. — Я тоже страшно хочу спать, обнимать кого-нибудь во сне, закидывать на него ноги и сопеть в ухо.
Халид улыбнулся. Наверно, первая действительно искренняя и довольная улыбка за сегодняшний день.
Утром пришел муари.
— Айнар, нам нужно закончить.
Халид с трудом открыл один глаз, сдвинул меня, лежащую практически на нем, в сторону, я почувствовала, как он напрягся. Потом с трудом открыл второй глаз. Сел на постели. Вставать ему точно не хотелось. Спал он плохо и даже тихо стонал во сне, я гладила его ладошкой и он успокаивался. Рука болела? Я очень надеюсь, что там все хорошо, технологии муари — почти магия.
Я тоже села.
Посторонние люди в спальне давно перестали меня смущать, тем более, что на мне длинная сорочка, да и Халид тоже в сорочке и штанах, мы так и спали…
— Сюда, за стол, — позвал муари. — Я сниму и проведу несколько тестов. Как рука?
Халид быстро глянул на меня.
— Да ничего, — сказал он. — Чешется.
— Это нормально, — сказал муари. — Некоторая тянущая боль возможна из-за быстрых процессов восстановления еще несколько дней, не стоит пугаться. Если вдруг боль будет резкая и сильная, тогда лучше обратиться к нам.
Халид кивнул. Подошел, сел, отцепил перевязь, положил на стол руку.
Муари сел рядом, для начала прощупал руку чуть выше локтя, прикрепил какой-то датчик от прибора у себя, что-то замерил. Кивнул. Потом повернул что-то на футляре-гипсе, нажал кнопочки с внутренней стороны. Гипс сделал «п-шшш» и открылся.
— Сейчас, не дергайся, я отсоединю, — сказал муари.
Покопался там еще. И, наконец, снял, отложил в сторону.
Я видела, как Халид сначала чуть замер, потом выдохнул явным облегчением, облизал губы. Он сомневался?
Издалека, с моего места, рука выглядела совершенно нормально.
Немного приподнял, покрутил, сжал-разжал пальцы… зажмурился. Пальцы свело судорогой.
— Судороги возможны еще несколько дней, — сказал муари. — Но чем больше двигаешься, тем быстрее это пройдет. Мелкая моторика тоже, скорее всего, нарушена, бумаги подписывать будет сложно. На восстановление, в среднем, нужно от трех до двадцати дней, это индивидуально. Опять же, чем больше движений кистью, тем быстрее придет в норму. Но серьезных нагрузок пока лучше избегать, без резких движений, не поднимать ничего тяжелого. Рука, конечно, не отвалится, но будет не очень хорошо. Никакого оружия правой рукой до тех пор, пока правая не будет ощущаться и двигаться так же свободно, как левая. И сейчас… давай я еще кое-что посмотрю.
Я тоже встала, подошла ближе, наблюдая, как муари прикрепил датчики на пальцы, что-то там потыкал, замерял, просил Халида сгибать и разгибать все вместе и по одному.
Я так поняла, что бывало и лучше… но в целом все идет по плану, у Халида снова обе руки.
Пока муари занимался этим, в дверях выстроилась целая очередь с докладами и прошениями, видимо прознав, что айнар проснулся. Новый айнар — новые проблемы? Или старые — к новому…
— Прости, Ю, — вздохнул Халид. — Я сейчас, наверно, сбегу по делам. Ты отдыхай пока. Хочешь, я пришлю кого-нибудь, чтобы показал тебе дворец?
Буду отдыхать, что мне еще делать.
Муари неожиданно удивил меня.
— Юля, тебе вернули телефон, — сказал он. — Если хочешь, я подзаряжу его, и ты сможешь фотографировать виды… ну так, на память.
Зарядка действительно чудо — буквально двадцать секунд и аккумулятор полон. Сети тут, конечно, нет, но фото…
Черт.
Если фото останутся у меня, то я уже не смогу убедить себя, что ничего не было. Не забуду. Смотреть и мучиться, вспоминая все… С другой стороны, фотки можно стереть… Я колебалась какое-то время, пока не вышла на балкон. А там такой вид на Кизу с горы, что текут слюнки. И когда в руках телефон — как не заснять. Панораму. И себя потом на фоне этого великолепия… И себя — на фоне блистательных интерьеров дворца. Только приодеться еще.
Я искупалась, оделась, даже успела найти поднос с завтраком на столе, когда поняла, что меня ожидает женщина.
— Доброе утро, Юлия-аджу, — улыбнулась она. — Сиятельнейший айнар прислал меня сопровождать тебя.
Одетая по-мужски, при оружие, но женщина… вот же, почти забавно. Но так даже лучше. Одна из тех, кого я видела вчера за столом.
