Пахло влагой, мхом, прелыми листьями, хотя на деревьях листва была упругой, зелёной и свежей Не прозрачно-желтоватой, как весной, и не золотой, как осенью, — зелёной. В подлеске я заметила цветы. Из памяти вышибло названия, но я узнала некоторые из них, часто видела такие по обочинам дорог. Дикорастущие травы…
Кажется, сейчас середина лета в этом хронопласте. Птичий гвалт тому подтверждением. Весной зинькают синицы, ни с кем их не спутаешь, а сейчас в лесу их не слышно, зато откуда-то слева донеслось дробное стаккато — дятел. Может быть, краснокнижный белоспинный, видела когда-то, и в памяти тут же возникла картинка…
— А вы уверены, что отнесло нас именно в прошлое от текущего момента? — спросила я у Типаэска.
Потому что выкинуть на самом деле могло где угодно, кроме разве что будущего от базового времени.
— Уверен. Чивртик давал команду на активацию струны хронопрокола в минус от текущего. Я сбил настройку, нас вынесло не по адресу, но в минус от текущего момента, это вне всяких сомнений… Весь вопрос в том, насколько в минус…
Мы посмотрели на мёртвого. В дохлом виде он уже не пугал так, как при жизни, — до дрожи в коленках. Страшные глаза закрылись, из крыльев ушёл шелковистый блеск, тонкие руки подломились в локтях… У крылатых по два локтя на каждой руке, такие дела. Если кто-нибудь наткнётся на останки, будет весело.
— Может, сжечь? — предложила я.
— Вот это, — он постучал себя по лбу кончиком здорового крыла, — горит при очень высоких температурах. Нет, у меня есть идея получше. Возьмите…
Я с подозрением взяла маленькую серую капсулу из трёхпалой ладошки.
— Что это?
— Положите на труп, и увидите… Надеюсь, мертвецов вы не боитесь?
— Абсолютно не боюсь, — заверила я. — Они же не кусаются!
— Правильный настрой. Делайте.
Я положила капсулу, как было велено. По-хорошему, труп Чивртика следовало бы пнуть от души, напоследок. Но что-то удержало меня от справедливого возмездия. Может, то, что сам Чивртик пинка уже не почувствует, а это несчитово…
Капсула подействовала минут через пять: труп испарился прямо на глазах. Заодно вместе с ним испарилась труха, на которой он лежал, гнилые ветви, парочка пеньков и прочий лесной мусор. Обнажившаяся земля неприятно холодила взгляд голым тёмным пятном.
— Серый тлен, — пояснил младший Типаэск.
— Штучки спецслужб? — осведомилась я.
— Они самые…
Он как-то так сидел нехорошо, нахохлившись, вцепившись в бревно руками и ногами. Ранен? Безусловно…
— Вам нужна помощь, — поняла я.
— Чем вы мне поможете, — слабо отмахнулся он.
— И всё же… Кстати, а что вы с ним сделали, — я ткнула пальцем за плечо, в голую землю, оставшуюся от трупа Чивртика после серого тлена. — Плевался как ненормальный, пока промеж глаз не получил…
— Младенческий рефлекс, — неохотно объяснил Типаэск.
— Чего-о?
— Я снял его личностную матрицу, — еще неохотнее рассказал мой спутник. — Так надо было… Дамп… Дамп был бы полумерой… Поэтому я забрал всё. Операция фатальна. Биологический носитель теряет личность полностью, остаются лишь младенческие реакции. В принципе, на этой основе можно воспитать новую личность, но, как бы сказать… не в полевых условиях. Нам с вами надо выжить. Маргарита Александровна. Мне нужно выжить.
— Вы чего-то недоговариваете, — прямо сказала я. — Я тоже телепат, пусть и не училась ничему! Я чувствую!
Он снова пошевелил крылом. Человек бы потёр ладонью подбородок, маресао тронул бы ухо… Младший Типаэск пребывал в замешательстве. Он не знал, как мне объяснить, но объяснить было надо, потому что требовалась моя помощь.
— Личностная матрица Чивртика Сацивиримэска сейчас со мной, — сказал он наконец, прикрывая глаза. — Его очень важно доставить на базу хронопатруля. Я должен это сделать! Передать в инфосферу поганца, чтобы его там разобрали на атомы.
Я собрала на переносице складку: он это о чём? Я верно понимаю, что Чивртик всё ещё жив, и заточён в ментальных барьерах, установленных в его собственном мозгу? Вот же жуть! Неприятно вспомнилась мнемоническая каверна, ради которой — полностью вопреки моей воле! — из моей памяти выкинули дорогие сердцу мгновения. Что выкинул из своей памяти капитан Типаэск ради того, чтобы организовать ментальную тюрьму личностной матрице Чивртика?
Холод прошёл по позвоночнику, прямо антарктический, я бы сказала.
Из тюрьмы можно убежать.
Из любой тюрьмы. Были бы желание, изобретательность и воля к победе.
— Да, всё вы верно понимаете, Маргарита Александровна. Я трачу немало сил, чтобы сдерживать пленника… Но именно поэтому мне нужно как можно быстрее оказаться в базовом времени! Мне помогут. Там — помогут. Больше нигде.
— Но если Чивртик овладеет вами…
— … то вы убьёте меня, навигатор Сапураншраав.
Боже, ужас! Вот они, ментальные битвы во всей красе: смерть биологического тела еще не означает смерти разума, личности. И если драться до последнего, драться без оглядки на методы и средства, а что терять — терять давно нечего, уже всё потерял! — то можно получить бонусом вторую жизнь. В теле спецагента Альфа-Геспина. С его памятью и допуском. Мама!
