Роза поднялась на ноги и огляделась кругом.
Стрельба уже прекратилась. Отражённые от потолка лучи трёх фонарей кое-как освещали зал. Однако Роза не сочла положение безопасным. Один из вооружённых людей всё ещё жив и боеспособен. Его нужно обезвредить.
Кровоточащей рукой носителя Роза покрепче сжала жертвенный нож.
Во время драки Арлекину было не до Саида. Только сейчас, зажимая пальцами рану в боку, он взглядом отыскал мальчика.
В суматохе пацан как-то освободился и вроде даже убил Мирослава. Вот молодец! Арлекин не ожидал от него такой боевитости. Труп первосвященника валялся в закутке между алтарём и стеной, а Саид стоял с жертвенным ножом в руке и насторожённо оглядывался – конечно же, в шоке… Стрелять в него и уходить. Или не стрелять, а просто уходить… Каждое мгновение было на счету, и всё-таки Арлекином опять овладела дикая, невозможная, непозволительная слабость…
Саид поднял голову, и его лицо попало в луч фонаря.
Это лицо, перемазанное чем-то тёмным и блестящим, в резких глубоких тенях освещённое холодным светом фонаря, было самым страшным, что видел в своей жизни Арлекин.
Это было не лицо человека. Нет, анатомически это было лицо Саида – но никто сейчас не узнал бы в нём бойкого двенадцатилетнего пацана из махаллы Науруз. Будто какая-то судорога свела мимические мышцы в невозможную, неестественную гримасу, в маску из плоти, маску внеземного чудовища…
Глазами бывшего Саида Мирзаева на Арлекина смотрела сама мелантема.
Рука Арлекина сработала быстрее мозга. Раньше, чем сознание успело всё объяснить игрой света, тени и натянутых нервов – рука вскинула пистолет и нажала на спуск.
Бомба, окутанная ореолом плазмы, чертя огненный след, мчалась на гиперзвуковой скорости сквозь плотные слои атмосферы.
160, 170, 150.
Опасность рядом, понимала Роза. Человек с оружием стоял в двух шагах от носителя. Всё его тело, вся конструкция из мышц, костей и сухожилий, начинало сложную серию движений, которая чисто механически не могла окончиться ничем иным, как нажатием на спуск.
Серия должна была занять около ста миллисекунд.
Роза среагировала за пять.
Тело носителя не могло повиноваться командам Розы так быстро, как ей хотелось. Слишком слабое натяжение мышц, слишком ненадёжная конструкция суставов, слишком большая инерция массы…
И всё-таки Роза управляла телом носителя быстрее, чем тот вооружённый человек – своим собственным.
За сорок миллисекунд она подняла нож и напрягла ноги для броска. Ещё за пятьдесят выбросила вперёд тело носителя, целя нож врагу в печень.
Быстрее, чем Арлекин успел поднять пистолет, монстр в теле Саида уклонился с линии прицела, нырнул под руку Арлекина и ударил его ножом в правый бок. Нереально быстро.
Не по-человечески, не по-земному быстро.
Клинок распорол куртку, скользнул по пластику пояса вверх, разрезал плоть под правым соском. «Срочно дезинфицировать! – заполыхала красная строка внизу поля зрения. – Неопознанные микрочастицы в крови!» Гниль! Гниль! Не до них. Монстр был уже за спиной. Арлекин развернулся и нацелил на него «крамарж».
Напряг палец для нажатия на спуск.
У Розы не получилось. Удар ножа не достиг цели. Массивное тело носителя по инерции броска долетело до стены и врезалось в неё с такой силой, что будь носитель в сознании – тут же потерял бы его. Роза немедленно развернулась, но всё уже было бесполезно.
Враг успел нацелить на неё оружие. На новый бросок не хватало запаса энергии в мышцах, да и занял бы он добрых полсекунды с такого дальнего расстояния. За это время, конечно, враг успел бы выстрелить, и не один раз.
Роза проиграла бой. Но это было уже неважно. Она не двигалась, спокойно ожидая смерти.
Жаль, что не удалось сохранить этого носителя. Но будет другой.
Будут другие, и много.
Инерция невероятного броска унесла монстра к самой стене зала. Он развернулся и стоял, сжимая нож, неотрывно глядя на Арлекина, готовый к новому броску… Но не двигался.
Арлекин выстрелил.
Тело мальчика с кровавой дырой посреди лица рухнуло на пол.
Ревущей кометой из дыма и огня бомба летела над Волгой, полого снижаясь к Зелёному Мосту.
80 секунд, 79, 78.
Пошатываясь от слабости, Арлекин бежал по коридору. Он потерял уже немало крови, голова кружилась, но делать перевязку времени не было. Сначала убраться из-под бомбы. Сколько у него осталось? Минута, меньше? Арлекин не знал. Сектанты, бежавшие в коридор от перестрелки в зале, отшатывались от него с ужасом. Слышались причитания: «Тёмный Разработчик, полное удаление, нам конец».
– Венди Миллер на связь, – приказал Арлекин, из последних сил карабкаясь по лестнице. – Ты где?
– Здесь, гниль и ржавь! – выругалась лётчица. Связь была совершенно чистой, ни малейших помех. – В воздухе! Ты куда меня вызвал? Тут одни деревья и кусты, как я в эту грязь, по-твоему, сяду?
Арлекин толкнул дверь, и рёв ударил в уши. Белый рингер висел метрах в пяти над садом, кусты и молодые деревца гнулись под неистовым ветром от фенестронов… Венди не могла посадить рингер… Но она догадалась выбросить лестницу, и та доставала до земли.
