Лус задумалась. Ей было трудно ответить на такой вопрос.
— Ну как чему училась? Тогда же время было другое. У них были домашние учителя. Их готовили к светской жизни.
— Вот именно! — с торжествующим видом произнесла Инес. — Она фактически не получила образования. Поэтому, естественно, она не могла представлять никакого интереса для мужчин, когда прошла ее молодость.
— Ну и что ты этим хочешь сказать? — недоуменно спросила Лус.
— Я хочу, чтобы ты умела ценить себя по достоинству. Ты не забыла о том, где учишься?
— Ну в консерватории, и что из этого?
— К тому же ты одна из лучших студенток вокального отделения, так ведь?
Лус засмеялась.
— Дон Ксавьер предпочитает мне таких слов не говорить из воспитательных соображений.
— Все равно ты сама это знаешь. Итак, ты красивая, молодая, талантливая женщина. Много ли ты видишь вокруг мужчин, равных тебе по уму, таланту и красоте?
Слушать такие слова Лус было одновременно приятно и очень смешно.
— Я не знаю, — сказала она. — Просто у меня не так уж много знакомых мужчин.
— Тогда поверь моему более обширному опыту, — сказала Инес с важным видом, — достойных мужчин вокруг очень мало.
— Меньше, чем достойных женщин? — ехидно спросила Лус.
Но на Инес такая ирония не действовала.
— Гораздо меньше, я тебя уверяю. Я тебе дам почитать на эту тему статью из последнего номера феминистского журнала из Штатов. Там это доказано с привлечением математических выкладок и таблиц.
Лус совсем прыснула со смеху.
— Так что же, мне теперь к каждому новому знакомому подходить с этими выкладками и таблицами?
Инес внимательно посмотрела на нее.
— Совсем нет. Просто ты не должна спешить. Не должна думать, что какой-нибудь очередной Пепе или Панчо — это твой последний шанс.
— А что я должна думать? — с любопытством спросила Лус.
— Ты ничего не должна. Ты просто живи так, как ты считаешь нужным, а не мама или тетя Кандида...
— Мама как раз хочет, чтобы я не торопилась замуж, а училась.
— На этот раз я согласна с сеньорой Линарес. Я, например, торопиться не собираюсь. Скажи, Лус, разве не лучше жить пока самыми разными интересами и знать, что у нас есть возможность выбора?
— Может быть, ты и права, — задумчиво сказала Лус. Эти слова подруги запали ей в память. В этом году то одна, то другая из школьных подружек сообщала ей о своей помолвке и знакомила с женихом, но пока еще Лус ни разу не встретила молодого человека, с которым ей бы захотелось провести рядом всю жизнь.
И вот теперь Пабло Кастанеда. Отрицать его очевидные достоинства Лус не могла. И все же, вспомнив тот разговор с Инес, она решила, что торопиться и вправду не следует. В конце концов, Пабло учится в Мехико, и у них еще будет возможность увидеться.
В этот раз Пабло был в открытой рубашке без галстука и в джинсах, и он показался Лус еще менее солидным, чем накануне, чуть ли не мальчишкой. Когда он увидел Лус, лицо его просияло.
— А что, твоя сестричка с нами не пойдет? — на всякий случай спросил он.
— Да нет, она что-то устала и решила остаться в гостинице.
— Надеюсь, нога ее больше не беспокоит? А то я могу зайти и проведать ее.
Лус сообразила, что именно в этот день показывать Дульсе врачу не следует, и поспешно заявила:
— Да нет, все в порядке. Она просто плохо спала ночью в теперь решила отдохнуть.
— Ну, как хочешь, — сказал Пабло. — Я хотел тебе предложить прокатиться на машине до старого города, а потом пройтись пешком.
— Подходит, — сказала Лус.
Пабло уже не в первый раз был в Акапулько и довольно хорошо знал его старинную часть. Он повел Лус по извилистым улочкам, где роскошные колониальные особняки перемежались с антикварными лавочками, где торговали керамикой, стеклянными и фарфоровыми безделушками, бесконечными кожаными поясами и сумками и множеством других подобных вещей. Лус, которую слегка мучила совесть из-за того, что сестра осталась одна в гостинице, захотелось купить Дульсе какой-нибудь сувенир на память об Акапулько. Вспомнив о коллекции кукол в национальных костюмах, которые собирала Дульсе, Лус купила куклу, изображающую индианку, ткущую ковер. А на память о вчерашнем вечере она выбрала миниатюрное изображение скалы вместе с крепостью и рестораном «Торре дель Кастильо», выполненное из какого-то особого минерала, который менял свой цвет с голубого на розовый в зависимости от погоды. «Наверняка Дульсите будет приятно получить такой подарок», — подумала Лус.
В этот момент она увидела, что Пабло нерешительно смотрит на нее.
— Ну что, куда теперь? — спросила она с веселым видом, чтобы подбодрить его.
— Ты знаешь, Лус, — начал Пабло каким-то неуверенным тоном, — по этой улице можно дойти до мастерской моего отца. Самого его нет дома, но он дал мне ключ, и мы могли бы зайти и посмотреть его работы.
