— Хоть я почти ничего и не понимаю из того, что ты говоришь, Лиандра, — усмехнулся Варош. — Но если он напал на первосвященника Сольтара в его храме, то меня уже ничто не удивляет! — Он нагнулся, схватил арбалет одного из чёрных легионеров, коротко взглянул на него и презрительно отбросил в сторону. Затем взял колчан мертвого и вздохнул с облегчением. — Хоть они тоже гнутые и кривые, но это лучше, чем ничего.
— Не хочу мешать счастливому сбору, — хрипло сказал Янош. — Но полагаю, что наш план заключался в том, чтобы сбежать отсюда и предать военачальника его судьбе. — Он указал Ледяной Защитницей на дверь храма.
— Нет, — перебил его Герлон. — Еще нет.
— Еще одно из твоих видений? — спросила Зокора.
Священник покачал головой.
— Этот сказал, что хочет подготовить меня, — он указал на священника, которого убил тяжелой масляной лампой. — Значит, сюда придет кто-то другой. Если мы выйдем, то потеряем защиту храма и окажемся беззащитны перед силами темных священников.
— Мы не так уж беспомощны, — усмехнулся Янош. — Не только один из этих священников валяются мертвыми.
— А сколько из них напали на вас, используя тёмную магию? — рассудительно спросил Герлон. — Или они все умерли, не в состоянии защитить себя?
— У них не было шанса, — скромно ответил невидимка. — Они не заметили моего приближения.
— Это тёмные эльфы, — сказал Герлон. — Я слышал, что к ним нельзя подкрасться. Они умерли по воле Сольтара. Этот пригнулся и попал прямо под удар, — он указал на мёртвого священника. — Лампа разбила ему нос. То, что случается один раз, можно отнести к удачи или случайности. Если же это происходит несколько раз, то это умысел.
— Я полагаюсь больше на удачу, чем на волю богов, — хрипловато произнес Янош.
— К тому же, время истекает. Военачальник хочет сбежать через портал.
— Но не без меня, — мрачно сказала Лиандра. — Герлон прав. Корвулус вернется. Он хочет подарить меня своему отцу. — Она крепче сжала Каменное Сердце, когда вдалеке послышался звук рога. — Что, ради всех богов, происходит там снаружи? — спросила она. — Звучит так, будто там идёт сражение!
— Есть ли еще другой вход в храм? — спросил Варош у брата Герлона.
— Обычно их три: два в боковых залах и главный вход, — ответил он. — На ночь остальные закрываются, тогда открыты только главные ворота.
Он пожал плечами.
— Почему бы им не пройти через эти ворота?
— Я не знаю, — ответил Янош. — Но если они придут, мы сможем устроить им прием.
Я за то, чтобы подождать еще четверть отрезка свечи и посмотреть, прав ли священник. Если ничего не случится, то нам стоит попытать счастье.
— Я… — начала было Лиандра, но тут ворота заскрипели.
— Полагаю, это решает дело, — мрачно сказал Янош и поспешил к колонне справа. Варош укрылся за окровавленным алтарем, а Лиандра быстро оттащила брата Герлона в сторону. Зокора и невидимка скрылись в тени.
Тяжелые створки ворот со скрипом распахнулись, явив военачальника в белых кожаных доспехах, двух темных священников по бокам от него и десять черных легионеров позади них.
Военачальник поднял бледный клинок, который держал в руках, и медленно подошел ближе.
— Я нахожу этот меч очень интригующим, — сказал он светским тоном. — Его возможности не соответствуют тому, что я знал о нем. Знаете ли вы, что он показывает мне, где вы прячетесь?
Никто ему не ответил, и он рассмеялся.
Что вы хотите сделать? Храм окружен пятьюдесятью людьми. Не знаю, как вам удалось зайти так далеко, но на этом ваше путешествие заканчивается.
Варош пробормотал молитву Борону и выпустил болт. Он хорошо прицелился, но болт не долетел до военачальника, а застрял в воздухе на расстоянии ширины ладони от левого глаза некроманта.
Пока Варош тихо ругался, военачальник посмотрел на болт, выхватил его из воздуха и тут же небрежно бросил.
— Я устал от этой игры, — сказал он со скукой. — Схватите их. Живыми мне нужны только королева и священник.
Один из темных священников в проеме поднял руки, и из них повалил темный дым; другой теперь держал в руке небольшой молитвенный барабан и неистово поворачивал его.
В то же время черные солдаты бросились вперед.
Один не успел далеко продвинуться — болт угодил ему в глаз, что заставило Вароша мрачно улыбнуться, перезаряжая арбалет. Его улыбка застыла, когда упавший солдат, порывисто двигаясь, попытался подняться на ноги. За алтарем тоже что-то зашевелилось: это был мертвый священник, слепо обшаривая руками вокруг себя.
— Кощунство! — возмущенно закричал Герлон и, прежде чем Лиандра успела схватить его, выскочил из укрытия, схватил помятую масляную лампу, которая все еще лежала там, и со всей силы швырнул ее в сторону входа.
Она, не нанеся никакого вреда, упала на пол перед военачальником, который улыбнулся, глядя на этот спектакль.
