Вместо ответа он наклонился и теплыми губами прикоснулся к ее коже. Она ощутила приятное возбуждение. Откуда Кит так хорошо знает ее тело: сперва нашел ее самое щекотное место, теперь это?… Неведомое прежде ощущение пронзило ее тело – скрутило сердце и странной дрожью отозвалось в животе. Против воли руки ее потянулись к его благоухающим кудрям, голова откинулась назад, и она вздохнула.
– Черт, – прошептала она, – ну зачем ты это делаешь?
Он поднимал юбки, обнимал ее талию и целовал ее гладкую кожу.
– Потому что ты мой цветок, Роз. Всякий раз, когда я вижу тебя, мне хочется вкушать, вдыхать твой сладкий аромат, ощущать тебя в своих объятиях. Это нормально, дорогая. Отчего ты не хочешь расслабиться?
– Вовсе так не должно быть, если я этого не хочу, – спорила она, пытаясь подавить свои чувства. – Твоя логика неверна. Перестань.
Но он гладил ее ноги, не позволяя Роз забыть эти странные незнакомые ощущения. Кит положи голову ей на колени:
– Не надо сомневаться, когда есть страсть.
Надо подчиниться ее зову.
– Чушь, – пробормотала Розалинда, пытаясь овладеть собой. – У нас есть важные дела. – Но она так и не смогла остановить Кита, а он осторожно расстегивал пуговицу за пуговицей на ее рубашке. – Я должна сказать тебе, – выдохнула она, – про верховного олдермена. Его назначили заместителем в Дорсете.
– Ну и что?
Он прижался губами к ложбинке над ее грудями, и она почувствовала, как его тепло переливается в нее. Роз казалось, что нужно срочно что-то сделать, но она не знала что. Девушка ощутила, как соски ее сделались твердыми, и ей вдруг дико захотелось сорвать с себя рубашку.
– Дело в том, что… – Ее мысли смешались в танцующее бессвязное пламя. – Он хочет схватить тебя.
– Это меня не удивляет. – Он погладил ногу Роз выше колена. – Дорогая, назови меня по имени. Зови меня Кит. Всегда называй меня Кит.
– Кит, – простонала она с закрытыми глазами.
Она думала, что будет легче, но стало только хуже: еще острее она ощутила его прикосновение. Розалинда открыла глаза:
– Ты не слушаешь меня! У него есть корабль. Или будет, если ему понадобится. Он замышляет схватить тебя. Понимаешь?
Кит отпрянул от нее и сел на пол:
– Что у него есть?
Наконец-то он услышал ее! Теперь, когда он перестал целовать ее, Роз могла говорить:
– У него есть корабль, то есть не его, а адмиральский, но, как он говорит, для работы. Ему поручено схватить Морских Бродяг, если они приблизятся к нашему побережью. У него много пушек.
– Какой корабль? – взволнованно спросил Кит. – Сколько тонн?
Розалинда отчаянно покачала головой:
– Этого я не слышала. Но тебе надо быть осторожным. Очень осторожным.
– Осторожным? – Кит расхохотался; он чувствовал себя таким сильным и отважным после того как поцеловал ее. – Это тебе надо быть осторожней, если ты влезаешь в окно к мужчине среди ночи. Ты хоть думала, – он вновь обнял ее за талию, – что это может скомпрометировать тебя? Что, если бы я не был джентльменом? Что, если бы я уложил тебя в постель?
– Я не боюсь, – усмехнулась она. – Без моего желания ничего не случится. А этого желания у меня нет.
Она наклонилась, чтобы надеть чулок. Одна коса упала ей на плечо, и Кит впервые заметил, что коса достает ей до талии. Ему захотелось распустить эти толстые блестящие косы и растрепать каштановые локоны.
– К тому же, – добавила она, невозмутимо натягивая чулок, – у меня была задача предупредить тебя, и я ее выполнила. Какой смысл переживать из-за того, что думают люди? Это их дело.
– С такими мыслями ты можешь попасть серьезную беду! – Кит резко встал. Раззадорила его, а теперь не хочет думать о последствиях! – Лучше послушай свою страсть. Мысли до добра не доведут.
– Что же такого плохого в моих мыслях?! – возмутилась Розалинда, надевая туфлю. – Эта информация важна для тебя, потому я и пришла сюда. Олдермен, несомненно, может повредить тебе. Я знаю, что ты собираешься…
– Тебе нельзя плыть в Антверпен, – перебил ее Кит: не мог же он говорить с ней о своем пиратстве! – Там нельзя торговать. Антверпен в руках испанцев.
Розалинда растерянно взглянула на него:
– Откуда ты знаешь о моих планах? Разве я говорила тебе?
– Не важно, откуда я знаю. Ты должна остаться дома. Тебе нельзя плыть.
– Я всегда торговала с отцом… – начала она.
– Но отец ведь не поплывет с тобой?
– Нет, но…
– Никаких но. Женщине одной нельзя плавать. Я запрещаю тебе. Ты должна остаться в Западном Лалуорте.
Розалинда нахмурилась:
– А кто тогда будет сопровождать мой товар в Голландию? Кто будет отвечать за его сохранность? Кто закупит товары? Ты не понимаешь, в каком мы положении! Все будет хорошо, если я сама за всем прослежу…
– Там опасно, – резко сказал он, теряя терпение. – Вы можете нарваться на испанские патрули. Еще хуже, ты можешь нарваться на мужчин, которые…
– Чепуха! – возразила Розалинда. – В этот раз у меня будет большой корабль с пушкой. Никто и не осмелится приблизиться к нам.
– Осмелятся, если поплывешь в Антверпен. У тебя ничего не выйдет, потому что ты не мужчина.
