– Нет. Я ударил его, потому что там, откуда я родом, если мужик кладет на тебя руки и ты говоришь ему, чтобы он их убрал, а он не убирает, ты его бьешь. – Он пожал плечами. – Мне не нравилось, как он с тобой обращался, но я думал, что ты уже разобралась, раз собралась уехать. То, что произошло между ним и мной, осталось между ним и мной.
Это немного успокоило Розалину, но лишь немного.
– Я все равно считаю, что ты не должен был выбыть.
– Да, не должен был. Но это же просто телевидение, так ведь? Так мы едем или как?
– Наверное. Но нам нужно будет забрать Амели от моих родителей. В довершение ко всему, на этой неделе мне пришлось передавать ребенка от одной няни к другой, чтобы на меня смогли надавить и заставить заниматься сексом втроем, которого я не хотела.
– Без проблем, дружище. Где они живут?
– В Кенсингтоне.
Он хихикнул.
– Ну, еще бы.
По правде говоря, после всего, что произошло за последние несколько дней, Розалина не была готова встретиться лицом к лицу с Корделией и Сент-Джоном. Но это был единственный способ вернуть Амели. Поэтому она должна была это сделать.
– Ничего себе, – заметил Гарри, когда они остановились у дома родителей Розалины. – Твой папа – парень из «Мэри Поппинс»?
Розалина несколько виновато смотрела на чрезвычайно роскошную резиденцию Эрлз-Корт, в которой выросла.
– Какой? Дик ван Дайк?
– Нет, тот, что в котелке и с усами. Снимался в «Набалдашнике и метле» и прочем.
– Да. Мои родители вроде как… невероятно богатые, если задуматься.
– Вот видишь. – Он торжествующе ухмыльнулся. – Я же сказал, что ты – элита.
– Мы не элита. Они просто… оба очень преуспели в своих сферах.
– Знаешь две самые элитные вещи в мире?
– Эм, королева и Виктория Бэкхем?
– Говорить, что ты – не элита, – ответил он, – и фраза «очень преуспеть в своей сфере». Мой папа преуспевает в своей сфере. Но из-за того, что его сфера – электричество, о нем говорят: «Это Ринго Добсон. Он электрик».
Молчание.
– Прости. Твоего отца зовут Ринго?
– Да. Бабушка была большой фанаткой «Битлз».
– И ты считаешь, что это у меня имя странное.
– Честно говоря, приятель, Ринго Старр все еще жив, он прославился в своей сфере, и он не монахиня. И еще я думаю, ты тянешь время. Знаешь, я могу подождать в фургоне, если хочешь.
Она тянула время. Но не из-за Гарри.
– Не нужно. Если только ты сам не хочешь. А это понятно, потому что с моими родителями бывает… тяжело.
– Не, все в порядке. Надо размять ноги.
Они размяли ноги – Розалина довольно неохотно – до входной двери. Там она постучала и подождала.
– Разве у тебя нет ключа? – спросил Гарри, когда последовало короткое молчание.
– Если бы у меня был ключ от их дома, они захотели бы ключ от моего, а это было бы совершенно другое дело.
Розалина надеялась, что он не попросит больше объяснений, но, по счастливой случайности, он не получил такой возможности.
Дверь открылась, и Корделия Палмер предстала в домашней одежде, которая, честно говоря, не сильно отличалась от той, в которой она забирала дочь с шоу о выпечке, и которая не сильно отличалась от той, в которой она выступала с речью на конференции.
– Розалина, – сказала она, – кто это?
Что касается приветствия, то оно могло быть и хуже. И иногда бывало.
– Это Гарри. Он из шоу.
– Рад с вами познакомиться, миссис Палмер.
Гарри протянул руку, и Корделия начала ее рассматривать, как будто она была покрыта фекалиями.
– А что с Аленом? – спросила Корделия.
– Лучше тебе не знать.
– Но я хочу знать. Ты просто не хочешь мне рассказывать.
Розалина впилась ногтями в ладони.
– Ты права. Не хочу. Можно мне забрать дочку?
Вздохнув, Корделия отошла в сторону.
– Она в гостиной, той, что наверху, с твоим отцом и шариками.
Розалине было трудно встретиться взглядом с Гарри после того, как ее мать не только отказалась пожать ему руку, но и сказала о гостиной так, что стало ясно, что у них их несколько. Проскользнув мимо Корделии, она провела его в самое большое помещение в доме, где сейчас находилась самая сложная и замысловатая дорожка для шариков, которую Розалина когда-либо видела. Палмеры не скрывали своего желания «пристроить Амели в STEM», поэтому за несколько лет они потратили целое состояние на наборы GraviTrax, которые нравились Амели, а Розалина старалась не чувствовать себя предательницей.
– Мамочка, – позвала Амели из маленького леса башен, пандусов и магнитных катапульт, – смотри, что мы с дедой сделали.
– Мы с дедушкой, – сказал дедушка, который сидел на соседнем табурете и собирал крыло.
– Посмотри, что мы с
Гарри присел, чтобы лучше рассмотреть дорожку.
– Захватывающе.
– Здравствуйте, мистер Викинг. – Амели подняла глаза от своего строительного проекта. – Посмотрите, что мы с дедушкой сделали.
– Я слышал, премьер-министр. Это гонки для шариков.
– Розалина, – Сент-Джон Палмер поднялся на ноги, – кто это?
