– Это разве не комбайн? – спросил Гарри.
– Или два тюка сена, стоящие рядом.
– Это трактор, – настаивала Анвита. – Пошли. Я докажу.
Охваченные азартом, они перемахнули через ворота и побежали к непонятной машине, которая оказалась гораздо дальше, чем они думали.
Гарри сложил руки рупором, крича им вслед.
– Это чье-то поле. Нельзя бежать по чужому полю. Это все равно, что вломиться к фермеру в дом.
– Все путем, – крикнула в ответ Анвита. – Все постоянно так де…
И тут Розалина поняла, что бежит по бороздам одна. Ей потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, что она ничего не выиграет, если оставит Анвиту лежать на земле. Она остановилась на бегу.
– Ай, – взвыла Анвита. – Ай.
Гарри приближался к ним.
– Я не говорю, что я вам говорил. А мог бы.
Встав на колени, Розалина проверила, есть ли у Анвиты признаки явной травмы.
– Ты как?
– У меня болит лодыжка и я поцарапала колено. И завтра мне придется сниматься в этом топе, а он весь в навозе. Как я буду печь торт, достойный Марии-Антуанетты, если буду в навозе?
– Это не навоз, это грязь.
– А, ну тогда ладно.
– Я почти уверена, – Розалина вспомнила знания по оказанию первой помощи, полученные, по иронии судьбы, во время программы награды имени герцога Эдинбургского, – что тебе просто… больно. Это не перелом или трещина, и, вероятно, даже не растяжение.
– Люди подумают, что это навоз. Бабуля увидит и скажет: «Анвита, я смотрела тебя по телевизору и очень тобою гордилась, пока не увидела, что ты вся в навозе».
Подхватив Анвиту под плечи, Розалина помогла ей встать на ноги.
– Ты же понимаешь, что могла в самом деле пораниться. Грязный топ – наименьшая из твоих проблем. А теперь пойдем, вернемся в отель.
– Черта с два, – закричала Анвита. – Я пострадала в погоне за гребаным трактором. И я его тебе покажу.
Гарри поднял руки.
– А давай мы поверим, что там есть трактор, что мы проиграли, и вернемся домой?
– Нет. Мое честное имя пострадало, и я покажу вам этот трактор.
– Мне не нужно видеть трактор. – В каком-то смысле Розалине было легко остановить Анвиту, продолжающую великие поиски неуловимого трактора, но это означало позволить ей снова упасть. Поэтому она нехотя шагала рядом.
– Прости. Ты победила. Я – неудачница.
Спустя примерно в два раза больше времени, чем каждый из них ожидал, они оказались перед большой машиной, которую никто из них не смог опознать.
– Может быть, это борона? – спросила Розалина. – Или культиватор?
Анвита кивнула.
– Думаю, что это, скорее всего, культиватор. А «культиватор» начинается на «К».
– Нельзя задним числом менять букву в игре в слова, чтобы оно соответствовало тому, чем оказалась вещь, которую ты увидела.
– Я ранена и вся в навозе. Я могу делать все, что захочу.
– А я держу тебя и позволяю марать меня навозом. Так что нет, не можешь.
– Это грязь, – сказал Гарри. – Это просто грязь. Дай ей отмокнуть, а потом оставь на ночь сушиться. Все будет в порядке.
Они еще долго размышляли о культиваторе, тракторе или, по предложению Гарри, навозоразбрасывателе.
– Ладно, – заключила Анвита. – Теперь мы можем идти. Э-э, а в какую сторону?
Гарри неуверенно огляделся по сторонам.
– Это ты занималась ориентированием, когда была гидом. Ты нам и расскажи.
– Да, но когда я занималась ориентированием, у меня был компас, карта и, самое главное, три другие девушки, которые знали, что делают.
– Ладно. – Взгляд Гарри остановился на Розалине. – Дело за вами, герцог Эдинбургский.
Это было легко. Поля квадратные. Есть один шанс из четырех пойти в верном направлении.
– Вон туда, – решительно сказала Розалина.
И они пошли.
Через два поля дорога так и не появилась, и Розалина начала вспоминать, что большую часть курса имени герцога Эдинбургского провела, тайком целуясь с Лорен.
– Эй, Розалина, – начала Анвита.
– Послушайте. Если мы выберем направление и продолжим идти, то в конце концов найдем людей. Мы скажем им, что мы идиоты из шоу выпечки и…
– Не в этом дело. – Тон Анвиты был непривычно осторожным. – Видишь вон ту штуку… с четырьмя ногами и рогами? Это бык?
– Может быть, – предположил Гарри, – это трактор?
Анвита тыкнула ему в бок.
– Сейчас не до шуток. Если это бык, нам конец.
– Не-е, все в порядке. Я видел его однажды в передаче. Ты бежишь к нему, кричишь, и это его отпугивает.
Трудно было разглядеть что-то сквозь темноту, подкравшуюся с наступлением ночи, но там определенно что-то было. Движущееся пятно со слабой аурой рогатой злобы. Розалина была уверена, что оно смотрит на них.
– Нет, – быстро сказала она. – Не надо. Потому что если ты ошибешься, тебя разорвет бык.
– Думаю, – добавила Анвита, – надо схватить его за кольцо в носу.
Гарри хмыкнул.
– Пока он бежит на тебя? И что из этого получится?
– Мне кажется, это как дзюдо. Ты как бы… используешь его собственный импульс против него.
– Как насчет того, – это была Розалина, чей страх перед неминуемым затаптыванием не ослабевал от разговора, – чтобы медленно уйти и не делать ничего, что могло бы его спровоцировать?
Из тени донеслось странное, зловещее мычание.
– Вот черт, – шепотом запищала Анвита, – мы его спровоцировали.
