Тавгатовна неуважительно развернулась и спокойным развалочным шагом пошла дальше по своим делам. Айнур быстро прошлась глазами по всем людям, которые пристально наблюдали за их диалогом. Впервые за тридцать лет ей стало внезапно неловко.
– … Прости меня… – произнесла Айнур.
Не сильно энергичным шагом она просочилась сквозь толпу и вовсе c не весёлым настроением ушла прочь с ярмарки.
Запутанная Вилка неловко глядела на закрытый холодильник, который стоял чуть ли не в притык к ней.
– Агх… Акхъ… – слегка подпрыгивала она, пытаясь хоть немного сдвинуться в другую сторону.
– Тебе тяжко друг? – послышался до безумия приятный голос. – Может тебе помочь?
– … Знаешь… Агх… Было бы славно!
Бесшумный но достаточно тяжёлый шаг запрыгнул на не особо крепкий столик, который стоял впритык к холодильнику. Аккуратными движениями мягкие и пушистые лапы пододвинули чайник на девяносто градусов.
– Ну как, лучше?
Это был шикарнейший чёрный кот. Чёрная шерсть и прелестные янтарные глаза безумно сочетались с его физической формой. Припухлость, скорей даже достаточно сильное ожирение безумно подходило ему, хоть он и выглядел будто шарик от регби.
– Вау, – удивилась Вилка. – Спасибо тебе огромное!
– Астофир, – распутывал провода кот. – И кто же это тебя так?
– Очень… Агх… Фуух… – распутал Вилку кот. Очень приятно Астофир, это всё Жмых сделал!
– Жмых? – удивился Астофир. – Это кто?
– Моль такая с размером в сдутый Баскетбольный мячик! Он себя Жмыхом назвал!
– А, – энергично кивал кот. – Жёнфс Моторный.
– … Да именно он!
– Да, он у нас… Кхм, такой да-мн…
Астофир спрыгнул со стола, от чего тот обратно выровнялся. Перебирая маленькими пушистыми лапами он прилёг на свой мягкий пуфик, который лежал в уголке кухни.
– Я так понял, – потянулся он. – Ахх… Ты наш новый друг?
– Не совсем, – ответила Вилка. – Планов задерживаться здесь у меня нету, мне нужно попасть в сад!
– В сад? Зачем?
– Мне нужно к Утюгу попасть, у нас с ним есть уговор!
– Понятно, уговор важнее денег это да…
– А может… Ты мне сможешь помочь…?
– И как ты это себе представляешь? Я кое как тебя распутал… Ох… Тяжела жизнь жирного кота…
– Жирного? Я бы так не сказал, она тебе очень кстати!
– Очень кстати, шикарный кот… Никто не знает и уж тем более понимает какого это так жить, я толком и по дому проносится не могу нормально, лежу тут целыми днями…
– Эх… – вздохнула Вилка. – Ладно…
– Возможно ещё не всё… Агх… Потеряно…
Астофир кое как достал из-под пуфика своего любимого плюшевого карася. Он положил его себе на живот. Прошло некоторое время, постепенно закрывая глаза он засыпал на ровном месте.
– Ты что делаешь? – внезапно потревожила Вилка.
– А, что?! – резко вскочил Астофир. – А это ты… Фу–ух… – вздохнул он. – Не пугай меня так больше!
– А что ты делал?
– Знаешь, – тяжело дышал кот. – Терапия карасём единственное что успокаивает мои панические атаки… Тяжело… – вновь вздохнул Астофир.
Пагубный образ жизни подвёл кота Астофира к сильному ожирению. Мало того что он не мог адекватно зевнуть, так он ещё и вовсе не боролся со своими вредными привычками. Ожирение прогрессировало, постепенно превращая кота в арбуз. Такой образ жизни мало кого доводил до счастья в том числе и свободы в движениях. Силы Жорика по борьбе с ожирением его собственного друга Астофира были абсолютно идентичны с тем что если бы он захотел научить кота летать как воробей.
Дождь постепенно стихал, на дворе постепенно вечерело. Растения в саду полностью политые водой расслаблено закрыли глаза, наслаждаясь столь прекрасным моментом. Никакой эмпатии и уж что на то было расслабления, Кактус не чувствовал. Неровно стоящий Утюг на подоконнике не внушал никакого доверия.
– А ты ещё кто? – решил спросить Кактус, повернувшись до Утюга.
– Зови меня Утюг, – произнёс тот. – Я тебя не узнаю, ты
новенький?
– Да… – не весело кивнул Кактус. – Ты видать тоже?
– Не совсем… Можно сказать старый друг!
– Ясно, – повернулся обратно Кактус.
Гладиолус приоткрыл свой четырнадцатый глаз.
– Знакомый голос слышу я! – произнёс он, медленно повернувшись на подоконник.
С небольшой улыбкой Утюг глядел на Гладиолуса, от чего тот от неожиданности открыл все свои глаза.
– УТЮГ?! – шокировано воскликнул Таратендий.
– Хех, я же обещал что я вернусь!
Удивлённый Гладиолус тут же начал будить Редиса, от чего листья того посыпались будто снег с неба.
– Да ты что делаешь! – воскликнул он. – Я тебе щас всё лепестки оборву!
– Обернись!
Денежное дерево медленно повернулась на подоконник.
– УТЮГ! – воскликнул Редис. – Утюг!
Радостно восхвалённый Утюг улыбчиво глядел на своих старых друзей.
– А как ты… – удивился Редис. – А как?
– Помог мне там один придурок! – засмеялся Утюг. – Я ему пообещал что покажу как Чайником стать а тот уже был душу продать мне! Ха–ха!
