— Ох, натворила ты дел, милая. Зачем сбежала? Зачем столько плохого сказала Владу? — бабушка покачала головой. — А ведь если он сказал, что не ненавидит тебя, то значит, ты для него значишь что-то. Ты и не поняла, глупая. Он, видимо, вспыльчивый, своенравный, а ты просто всё время против него идёшь. Он хочет, чтобы всё по его воле было, а ты — нет. Вот и собачитесь постоянно, и не замечаете ничего кроме своих слов поганых. А ты в сердце к нему попробуй заглянуть, и посмотри, что случится. Раз уж так хотят, чтобы вы свадьбу сыграли, попробуй смиреннее быть, а то ты только их пыл разогреваешь своим отрицанием.
— Но почему я должна покоряться тому, кого не люблю?
— Если уж он тот, за кого ты замуж выйдешь, то соизволь считаться с его мнением… И что, правда не любишь?
Я густо покраснела, и задумалась. Возможно, чувства какие-то к нему у меня возможно были, но я старалась их отрицать.
— Не знаю…
— Эх, всё ты знаешь, да только не хочешь честной с собой быть. Я в своё время замуж не по любви вышла, а потом оно так повернулось, что жить друг без друга не могли… — старушка улыбнулась, вспомнив былые времена. — В то время я первой красавицей на деревне была, не то, что сейчас. И парни за мной толпами бегали, а я всё нос воротила, этот мне плох, да другой не подходит. Доворотилась, пришло время, все мои подруги замуж повыскакивали, и осталась я одна-одинёшенька. А жил по соседству парень, такой, что аж зависть берёт, да вот только он единственный, кто за мною не гонялся. А это жуть, как раздражало. Вот я и давай мать упрашивать, чтобы сосватала меня. И вскоре его родители к нам пришли, так и так, мол, пусть ваша дочка замуж за сына нашего выходит. То-то у меня радости было! А как встретились мы с ним, так сразу он мне и сказал, что и не посмотрит на меня, хоть даже я его женой буду. Вот так и начали жить…
— А что же дальше было? — я уж было раскрыла рот, ожидая не более эпичного продолжения, и тут бабушка хитро улыбнулась.
— А потом, год спустя, пошла я в лес, да заблудилась. Ух, как тогда я ревела, боялась, что там и сгину. Забрела далеко-далеко, и на домик какой-то наткнулась. Зашла, а там — никого. Ну, думаю, тут и переночую. Дверь закрыла, легла на широкую лавку, и уснула. Умоталась, бродя по лесу-то. А на утро слышу, дверь открывается, и топот ног. Испугалась, думаю, может, преступники какие-то. А открываю глаза, вижу: муженёк мой стоит, запыхался, глаза по пять копеек, и смотрит так, будто похоронил уже.
— И что же он сказал?
— Сказал, что любит, да как начнёт… — тут бабушка осеклась, строго глядя на меня. — А дальше не для твоих ушей рассказ, детонька. Только скажу, что скоро у меня первенец родился. Дочка, уж какая хорошенькая! — она мечтательно подняла глаза туда, где висели фотографии, и покачала головой:
— Да что-то вот не приезжает, не пишет, не звонит… — и замолкла.
— Вот, как у вас жизнь сложилась, значит? Да, тоже не просто, да вот только сомневаюсь, что он побежит за мной. Только, если родители прикажут…
— Ничего-то ты не знаешь, глупая. Мужикам только повод дай — сразу, как миленькие прибегут. Просто каждый свой характер имеет, и нужно мириться с ним, а то худо дело будет…
Звук стука в стекло прервал мои размышления, и мы вместе с Зинаидой Михайловной нервно вздрогнули, а та ещё и перекрестилась для верности.
— Михайловна, открывай, тут к тебе гости! — оповестил нас женский голос по ту сторону стекла, и бабушка быстро поднялась, засеменив к входной двери.
— Ты здесь жди, и не высовывайся! — шепнула она мне, и я послушно кивнула.
Через несколько секунд в доме я осталась одна, и поняла, что за окном начался разговор. Я тихо подкралась к окошку, и чуть отворила штору, украдкой глядя на калитку. Не сумев сдержать нервный вдох, я осела на пол, понимая, что если сейчас меня спалят, мне будет крышка.
========== Часть 5. А невеста пробегала. ==========
Лишь на секунду я заметила, как Влад нервно оглядывается, что-то говоря женщине, стоящей рядом с ним. Она без зазрения совести улыбалась и гладила его по плечу, видимо, заигрывая, хоть по возрасту в матери ему годилась.
— Ну, кто так поздно пришёл?
— Ох, Зинаида Михайловна, этот парень все дома оббежал, всё спрашивает про какую-то девчонку. Сестра его, верно? — женщина обнадёживающе посмотрела на Влада, надеясь, что он разыскивает никак не свою девушку.
— Нет, сестёр не видели, — протянула бабушка, перетаптываясь на месте, и всё ещё не впуская парочку за калитку.
— Вот как? Ну что ж, раз так вышло, то пошли ко мне, переночуешь, а там с утречка пойдёшь… — пролепетала женщина, всё время таща Влада куда-то за руку.
— У, мымра! — шепнула я, рассерженно стукнув кулаком по полу, отчего Влад насторожился, и я сощурилась, надеясь, что причиной этого стала не я.
— Сестру не видела, а вот невеста одна пробегала… — насмехаясь, обронила Зинаида Михайловна, и пошла обратно в дом, как вдруг Влад слишком громко для ночной тишины крикнул:
— Она у вас?
— Что ж, если да? — старушка повернулась, и выжидающе уставилась на него.