Свет ударил по глазам резко и больно, но удалось заставить себя не жмуриться и постараться вникнуть в представшую картину. Щель выходит как раз над берегом Малоокки, надёжно прикрытая от посторонних со всех сторон стеной тростника и душистыми кустами. Выйти отсюда наверх большого труда не составляет. И вот тут открылось самое поразительное. Сделав пару шагов в сторону воды, Тални обернулся да так и застыл с приоткрытым ртом, стараясь осознать увиденное. По счастливой случайности его никто не успел обнаружить, а рванувший следом Осилзский навалился всем весом, придавив к земле, чтобы трава не дала чётко рассмотреть фигуру, возникшую у… стены Ристана. Риул юркнул в кустарник рядом, поразившись незнакомо преобразившимся лицом их лидера. В обычно гордых чертах отчётливо сквозит рабский страх. Ужас существа, сохранившего в памяти то единственное посещение столицы, куда годы назад привозили подопытного малыша, чтобы показать воочию правителю сотворённую на фермах особь. Память практически стёрла это, однако сегодня всё всплыло столь явственно… Страшная усталость после очередных тестов, граничивших с пыткой, и склонившегося к нему незнакомого дворянина… От перегрузки и боли едва соображал, но понял: вот он и есть тот самый князь. Высокородный медленно завязал перед носом испытуемого несколько весьма замысловатых узлов и велел повторить. Опасаясь жестокой кары, из последних сил подросток воспроизвёл мудрёные действия. Получилось, хотя и казалось, словно сердце вырвется из ушей на волю от усталости и испуга. И какого же было неподдельное удивление: вместо ожидаемого удовлетворения, узрел на лице перед собой тень откровенного ошеломлённого ужаса, мгновенно сменившуюся маской спокойствия. В краткий миг истины маленький подопытный буквально спинным мозгом ощутил: над его многострадальной головой уже заносится клинок. Что-то подсказало возможность скорой расправы, хоть и осталось загадкой — чем же не угодил? И даже спустя долгий срок снова мозг оглушал мучительный вопрос: чем же именно не угодил Фуналу результат, ведь выполнены все задания без единой ошибки?!.
Шоу тихонько кашлянул, привлекая внимание, немного смутился от непривычно потерянного облика товарища (суть беглеца с фермы обнажилась из тщательного укрытия внутри весьма очевидно), но сразу же заметил — Осилзский уже контролирует себя. Предводитель Сопротивления жестами дал понять: срочно следует вернуться в уютную нору, ведущую домой, и подтолкнул туда ещё ошалевшего Тални. Оказавшись вновь вне поля зрения стражников города, все трое перевели дыхание и обменялись недоумевающими взглядами.
— Может… Зря мы проход сделали более удобным? — с неловкостью высказался рыжий воин, потирая затылок.
— Нет. Но охрану здесь выставить следует буквально сейчас же… Мда… Непредвиденный результат… однако… Мы теперь стоим у самых врат Фунала Тарокко! Если за века не обнаружили этот ход, то и теперь навряд ли заметят… Но предосторожность не повредит никогда! — голос предательски вибрирует, а левая ладонь непроизвольно легла на невидимое под слоем толстого кожаного браслета клеймо. Взгляд приблизившегося Нгдаси стал заметно серьёзнее, отчего Ланакэн осознал, что ещё недостаточно пришёл в себя и выглядит чрезмерно взволнованным. Глубоко вздохнул, растянул немеющие губы в улыбке и мрачно констатировал: — Кама, ты хоть немного старайся быть осторожным! Сейчас нет возможности делать скидки на твой возраст!
— Простите! — совсем по-детски пролепетал Тални, потупившись, хоть и заметно вспыхнул при напоминании об его юности. Руководитель лишь отмахнулся, закрывая тему, и принялся рассказывать увиденное Соулу, пока картограф старается поднять дух у приунывшего младшего спутника, опасающегося потерять приобретённое доверие старших друзей, которым столь дорожит.
Уже третья их совместная тренировка. Соулу тоже предложили прийти, начинает получаться уже в достаточной мере, чтобы объяснить ему желаемое. Когда врачеватель переступил порог, Ланакэн впервые сумел свалить Флета с ног. Настоящий прорыв! Раст с трудом сел, потирая ушибленный локоть.
— Эх, кажется мне, что сюда стоило бы натаскать хотя б соломы! — заставив себя усмехнуться, выдавил поверженный и встал.
— И давно это тут у вас? — полюбопытствовал Нгдаси, хмурясь от мысли, насколько его просьба поберечь здоровье и не предпринимать никаких физических нагрузок в ближайшее время, судя по всему, пропущена мимо ушей.
— Не беспокойся! Только третий раз встречаемся! Так что я начал, когда мне можно стало! — настроение у победителя отличное. От сообщения лекарь аж потерял дар речи.
— Стой, ты вот так быстро наловчился к противоположной руке? Я же не ошибаюсь… Ты только теперь её стал осваивать? — сорвался изумлённый вопрос.
— Ага! Ещё чуток — и я опять буду боеспособен! — Осилзский довольно крутанул тренировочным мечом.
— И кто ж у вас учитель, а кто — ученик? — полюбопытствовал старый друг.
