- Не знаю о чем ты говоришь, но судя по интонации при прочтении стихотворения, я вызвала у тебя ассоциации с кем-то очень загадочным и привлекательным, то есть привлекательной, а это главное, – хихикнула девушка и, поднявшись, чмокнула в щеку, а затем зашагала куда-то во тьму, а я тем временем смутился и покосился взглядом в сторону ее отца, который, попивая горячую чиггу, делал вид, что ничего необычного не происходит, а если и происходит, то его это совсем не касается. К костру подвели четверых коротышей, на беглый взгляд ничем не отличающихся от тех гномов, что я встречал в королевстве, разве что одеты они были в какие-то измочаленные нелегкой участью обноски и пахло от них как от бомжей, тусующихся у помоек возле новостроек. Картину одновременно портили и дополняли длинные бороды, если что и было у гномов в порядке, то именно они. Ухоженные и заплетенные в замысловатые косички, причем композиции на бородах у мужчин были одинаковыми, что видимо давало понять о их принадлежности либо к одной семье, либо клану. Но денег на эту догадку я поставить бы не рискнул, так как по эту сторону степи не видел представителей гномьего народа с подобными изысками. Да, растительность у «наших» гномов была тоже ухоженной и расчесанной, но в косички их они не заплетали. Поздоровавшись и представившись, я кивнул Родерику в сторону и отошел с ним в ночь, оставив гномов умываться принесенной из родника водой и приступать к трапезе. Отойдя на несколько десятков метров, я взял патриарха за рукав мантии и строго взглянул:
- Почему ты делаешь вид, что ничего не замечаешь?
- Мой внешний облик всегда одинаков, Владыка. И замечаю я многое, только не понимаю о чем вы сейчас спрашиваете? – удивленно посмотрел на меня венту.
- Во-первых, ты уже определись на вы меня называть или на ты, но это не главное. Твоя дочь откровенно клеит меня, а я, мать твою, не железный, - чуть повысив голос нервно начал высказываться я; – и не надо делать вид, что ты клыкастый ни хрена не замечаешь. Ты ее отец. Одернул бы ее! В конце концов, я почти дважды женатый человек и она моих невест охранять будет. Что за ерунда? Подкатывала бы к Груму или к другим венту, слово бы никто не сказал. Нет же, она всю дорогу до сюда мне глазки строила, попой виляла. Ааа, что я тебе говорю, – махнул я рукой; – ты же со мной всю дорогу шел и не мог не заметить.