– «Буууурррп!» – я успела сделать всего несколько шагов в сторону стола, когда до моего носа донесся аромат свежесваренного щавелевого супа, и… Резко развернувшись, я бросилась прочь, загребая по полу всеми четырьмя ногами. К несчастью, в этот раз мне не так повезло, и скользнувший по дощатому полу коврик радостно выпрыгнул у меня из-под ног, с грохотом роняя меня на пол, но тут же отлетел прочь, когда я, бешено гребя и буксуя всеми четырьмя копытами, ломанулась из комнаты прочь. Спотыкаясь и падая, я пролетела через весь коридор, уже понимая, что не успеваю добежать…
– «Вот, держи!» – остановившая меня нога крепко подхватила меня под грудь, и через мгновенье, я уже яростно взывала к каким-то потусторонним, и несомненно, очень темным силам, с глухим стоном опорожняя взбунтовавшийся желудок в большую деревянную кадушку, заботливо подставленную мне Графитом. Поудобнее перехватив мое сотрясающееся в рвотных спазмах тельце, муж терпеливо ждал, когда я закончу сеанс общения с потусторонними силами, сочувственно поглаживая меня по спине. Приготовленная для сбора дождевой воды, бадейка была достаточно глубока, и результаты моих усилий были едва заметны на ее донышке, хотя, по моим личным ощущениям, я должна была бы извергнуть из себя, по меньшей мере, Ниагарский водопад. Наконец, обтерев кислые от рвоты губы, я оттолкнулась от деревянного края посудины и обессилено привалилась к стене, утирая откуда ни возьмись выступивший пот, крупными каплями выступивший у меня на мордочке.
– «Оооохххх».
– «Милая, ты в порядке?» – да уж, ничего оригинальнее от моего бугая ожидать, похоже, не приходилось, и я только сердито зыркнула в его сторону, стараясь выглядеть при этом не слишком уж жалобно – «Послушай, ты точно не хочешь мне ничего рассказать про эти ваши посиделки с местной фермершей, а?».
- Ну да, да – там был не только сидр!» – проскулила я, опускаясь на стоящий в гостиной старый, продавленный диван. Видя мою странную реакцию, Бабуля тотчас же убрала со стола все продукты, попутно прогнав с ними и неодобрительно хмурящегося из-под седых бровей Деда, и теперь озабоченно хлопотала вокруг меня, подкладывая мне под бока подушки и зачем-то водружая на лоб холодное полотенце – «Кажется, после четвертой кружки она мне долго плакалась о том, что она, бедняга, никак не может найти себе кольтфренда, а я…».
– «Что ты?» – нахмурилась старушка, сурово хмуря брови и нависая надо мной, словно карающая тень правосудия – «Рассказывай, раз уж начала во всем признаваться!».
– «Ну… Я сказала, что от этого неплохо помогают молочные коктейли… И кажется, мы принялись их готовить... Много коктейлей. Вот».
– «Молоко с сидром!» – только и покачала головой Бабуля, возвращаясь из прихожей с бадьей, которую она поставила возле моей морды, лежавшей на резном бортике дивана – «Иногда, дочка, ты меня просто удивляешь. А ведь этот твой…
– «
– «Кстати, я тут слазал в наш погребок, и нашел там отличный гороховый суп!» – радостно провозгласил Дед, появляясь с кухни в сопровождении столика, на котором уже исходила паром кастрюлька, распространяющая вокруг себя ароматный запах…
– «БУЭЭЭЭЭЭЭЭ!».
– «Молодец, Санни. Молодец, дед!».
– «А что такого случилось-то, кхе-кхе?».
– «Что, снова бессонная ночь с Эпплами?» – озабоченно поинтересовалась Черри, когда я, наконец, утерла дрожащие губы и, поправив на себе тунику, осторожно вышла из кустов. Обрамляющие здание казармы, они были достаточно густы для того, чтобы скрыть фигурку кентуриона Первой кентурии, совсем неуставным образом выворачиваемую наизнанку прямо на территории казарм. Ах да, конечно же – уже не кентуриона.
Примипила.
– «Я что, так похожа на записную пьяницу?» – сварливо осведомилась я, оглядываясь вокруг. Кажется, горизонт был чист, и это мелкое происшествие осталось без внимания, ведь ни один из снующих по двору пони не повернул в нашу сторону головы – «Берри Пунш еще только ждет урожая, поэтому причин подозревать меня в запоях пока, вроде бы, нет».
– «Эй, Шовер! А ну-ка, иди сюда!» – вдруг выкрикнула Черри, заставив меня схватиться за голову, казалось, готовую разорваться от этого крика. Пролетавший где-то над нами пегас спешно спланировал вниз и встал как вкопанный, вытягиваясь по струнке перед командованием.
– «Опцион, мэм! При… Примипил, мэм!».
– «Ты опять вчера пил в увольнительной?» – сердито принялась выговаривать белая пегаска легионеру, старательно отворачивающему морду в сторону, но не способному скрыть от нас кисловатый запах перегара – «Опять в кустах тошнил?».