– «Если это жуткое, контрабандное средство столь эффективно, то считайте, что вы получили постоянного клиента» – осклабилась я. Конечно, мой энтузиазм быстро приугас, когда довольный фармацевт озвучил свою цену, но время поджимало, поэтому из аптеки я попрыгала на трех ногах, прижимая к груди оказавшуюся довольно увесистой банку, чей вес отлично компенсировал болтающийся у меня на шее, отощавший кошелек. Но там, куда я собиралась отправиться вслед за своими легионерами, деньги были не нужны, поэтому, вдохнув, я выкинула из головы мысли о пропавшем благодаря одной белоснежной, не считающей биты интриганке, месячном жаловании.
В конце концов, как говорили старые, мудрые евреи, когда какие-либо неприятности приводили к расходам – «Спасибо, Господи, что взял деньгами!».
– «Ааааапчхи!».
– «Простыла, Глэйз?».
– «Нет, конечно! Это я так, для поднятия настроения чихнула!» – гнусаво пробубнила я, кутаясь в серый, поношенный плащ и придвигаясь ближе к костру – «Тоже мне, осенний отдых! А дома сейчас, должно быть, Забег Листьев, сбор урожая и прочие радости жизни, пока мы тут мокнем…».
– «А ну, заткнулись все, живо!» – склонив головы над чадящим, стреляющим искрами костром, мы захлопнули рты и вновь уставились в огонь, над которым лениво булькал наполненный варевом котелок. Пройдясь мимо нас, декан Солт Кейн лениво шлепнула хвостом по капюшонам наших плащей, и вновь исчезла в шелестящей противным, мелким дождиком, темноте, получив вслед девять мрачных, исполненных искреннего пожелания здоровья, взглядов.
– «Ну тупааааая…» – разочарованно протянула громким шепотом Венита Роуз, сидя рядом со мной возле котелка и время от времени поводя сопливящимся, как и у меня, носом – «Нет, ком… То есть, Глэйз, ты видела? В ее контубернии чужак – а она и не заметила!».
– «Поэтому она и сидит в десятой» – резонно заметила я, протягивая копыто и осторожно помешивая булькавшую под крышкой кашу. Кажется, еда была почти готова, осталось только бросить в нее сена и пару еловых веточек, для вкуса – «Но в данный момент меня это устраивает. Ладно, еще пара минут – и будет готово».
– «А ты?».
– «Не хочу. Что-то я себя неважно чувствую, поэтому просто посижу у огня» – вытерев зудящий нос о край плаща, я вновь укуталась в промокшую ткань и уставилась в потрескивающее под котелком пламя.
– «Йух-хууууу! Вечеринка!» – радовалась, как жеребенок, Пинки, радостно скача вокруг стола. Мне вновь пришлось раскошелиться, но на этот раз, я действовала в соответствии со своим гнусным и очень коварным планом, поэтому сидр и пунш, представленные на столе, как минимум вдвое превосходили объемом все закуски, расставленные на столиках и полках. Не поленившись, я вновь организовала с помощью розовой земнопони сладкий стол, но в этот раз, каждая конфета, каждое пирожное или маффин, были приготовлены с явно алкогольной начинкой, начинающей входить в моду после одного «случайно-несчастно-счастливого случая на кухне», как выразилась увиливающая от разговора на эту тему розовая свинюшка. Накушавшись первее всех, она весь вечер прыгала вокруг меня, как заводная, в то время как я, прикрыв бока приличествующим моменту платьицем, больше напоминающим привычные для меня туники, бродила между гостей и вела себе, словно гостеприимная хозяйка, изо всех сил стараясь не нервничать и не поглядывать на часы.
– «Эй, Скрапс! Как мило было устроить вечеринку в честь завтрашнего забега!» – несмотря на демонстративное пренебрежение к купленному в городе сидру, Эпплджек не отказала себе в удовольствии опустошить не один бокал с цитрусовым пуншем, и теперь, демонстрировала все признаки алкогольного опьянения, усиленного снотворным – «Знаааешь, а я вот думала, что ты тож-же будешь с нами участвовать в этом состязании…».
– «Мне муж запретил!» – нахмурившись, буркнула я, исподтишка бросая взгляд на милого. Появление на вечеринке ночного стража произвело на гостей определенно бодрящее впечатление, и несмотря на то, что почти все видели Графита на нашей свадьбе, при ярком свете взятых напрокат ламп фестрал представал перед ними впервые, и сегодня, милый блистал, невольно превратившись в звезду программы. Ну конечно же, одно дело знать, что в городе водится огромный, черный пегас с кожистыми крыльями и острыми-преострыми зубами, а совсем другое – видеть его на расстоянии вытянутой ноги, и возбужденная куча пони вот уже битый час осаждала моего супруга, стараясь если и не прикоснуться к нему, то хотя бы поболтать, чему немало способствовал организованный мной «алкогольный фуршет», раскрепостивший обычно замкнутых друзей и знакомых.
