– «Она знает, что вы ее любите, Госпожа» – помолчав, негромко и очень убедительно произнес Графит, осторожно прикасаясь крылом к плечам принцессы, долго хлюпавшей носом возле окна – «Вы для нее словно близкая подруга, словно… Словно мать! И каждый раз, случись что, она ждет того, что именно вы обнимете ее при пробуждении, утешите и подскажете, как быть!».
– «Но она никогда этого не говорила!».
– «Она просто стесняется, поверьте» – произнес милый таким убедительным голосом, что я и в самом деле, почувствовала себя полной сволочью. Но ты смотри, как заговорил, негодяй! Меня он так никогда не утешает, а только шлепает по попе, извращенец! – «Хотя она и не знает о том, что это вы, раз за разом, спасали ее жизнь, она чувствует это и любит вас. Помните, как газеты орали о том, что она чуть не вырвала все четыре ноги тому журналисту, который пытался заявить, что это ваше влияние якобы «испортило» ее? Поверьте, она никогда вас не оставит, но ей надо взрослеть. У нее будет жеребенок, и разве вы и вправду хотите, чтобы ваша, еще не рожденная…».
– «Так значит, ты решился?» – оборвавший убедительный монолог Графита, голос принцессы стал глух и неразборчив. Отстранившись от моего мужа, она заставила меня нырнуть обратно в свое укрытие и вновь обратиться в слух – «Ты все-таки решился отвергнуть мою волю и впрямь заделаться ее мужем?».
– «Простите меня, Госпожа, но я
– «Довольно. Я… МЫ не собираемся «мучить» или пытать кого-либо, как пишут эти гнусные газетенки» – похоже, Луна уже приходила в себя, и лишь легкая осиплость голоса говорила о том, что еще недавно Повелительница Ночи плакала навзрыд, словно деревенская кобылка – «Ты уже занялся этим вопросом? Что говорит клан Дрим?».
– «Ничего конкретного, моя Госпожа. Отец заявил, что расследование затруднено сразу двумя противостоящими ему семьями, которые бдительно охраняют свои привилегии, поэтому выяснить что-то пока не представляется возможным. Похоже, что их прикрывают могучие силы, большая часть которых сосредоточена в Мейнхеттене и, как ни странно, в Лас Пегасусе».
– «Значит, еще и пегасы» – тяжело вздохнул голос Принцессы Ночи, вновь принявшейся плескаться в подпорченном мной фонтане – «А хуже всего, что они выбрали своей целью не НАС, но НАШУ маленькую Скраппи, надеясь таким образом повредить лично НАМ. Глупцы! Худшего варианта для себя они и придумать не могли!».
– «Мне стоит приложить больше усилий, Госпожа?» – голос Графита стал сумрачен и мне даже послышалось негромкое скрежетание острых-преострых зубов – «Клянусь вам, если бы не ваш приказ, то я давно бы вырвал глотки этим… Этим тварям в обличие пони!».
– «Не нужно, Стар. Не пытайся бороться с ними там, где они сильны. Мы отправляемся к НАШЕЙ сестре, ведь она может подсказать НАМ, как действовать дальше. МЫ больше не позволим ни одному живому существу терзать НАШЕ дитя!» – оправившись от пережитого, Луна вновь вернула себе царственный голос и наверное, даже вид – «И Стар… Графит… МЫ сожалеем о том, что было сказано. Позаботься о ней. МЫ…
– «Спасибо вам, Госпожа! Вы даже не представляете, как это для меня важно!».
– «Боюсь, что представляю, мой верный Графит» – тяжело вздохнул удаляющийся голос принцессы – «И я надеюсь на тебя, мой ликтор. Надеюсь, как никогда».
– «Поверьте мне, Госпожа – уж в этом вопросе я вас никогда не подведу!».
Дождавшись, когда шаги утихнут, я попыталась выползти из-за фонтана – и не смогла. Затекшие от неподвижности ноги едва мне повиновались, а пережитое от всего услышанного потрясение еще долго кружило мою голову вихрем странных мыслей и озарений.
