Ирония происходящего была настолько дикой, что едва не вогнала меня в ступор. Увы, чудеса на этом и закончились, и тяжелый удар в спину, швырнувший меня вперед, едва не стоил мне падения на землю, и лишь приобретенная за несколько лет привычка и умение планировать, раскинув гипертрофированные порхалки, спасла мои косточки от знакомства с холодной, негостеприимной, северной землей. Вскрикнув, я вцепилась в тяжелую шпалу, болтающуюся между моих ног, словно фаллический символ, и тяжело маша крыльями, стала подниматься выше, едва не проехавшись носом по земле и ощущая, как над моей спиной проносятся когти пытающихся достать меня грифонов. Похоже, их так же не грела возможность на довольно приличной скорости навернуться в примятую траву, зацепившись за меня крючковатыми когтями, поэтому я смогла набрать небольшую высоту, прежде чем мне пришлось обернуться – и встретить налетающих врагов взмахом стальной волыны.
«Ух, ничего ж себе!» – только и успела подумать я, закрутившись на одном месте, и едва не падая вниз, в ковер из неподвижных и медленно движущихся, куда-то бредущих тел. Попавшие под удар грифоны лишились кто крыльев, кто лап, а кто и всего сразу, когда загудевшая сталь прорезала воздух и, дергаясь в моих копытах, словно живая, прошлась по спешившим ко мне телам. Двое упало сразу, а третий из нападавших, зажимая длинную рану на своем боку, поспешно отступал, вихляя худым кошачьим задом в сторону наплывавшего сверху облака.
Но, как выяснилось, это было не самым умным его решением.
– «Куа?! Ц'эст импоссибль!» – раздался неподалеку крик уже подлетавшего ко мне главаря, когда его подручный, столь храбро улепетывавший на облако, внезапно взвизгнул – и кувыркаясь, полетел вниз, пробитый сразу двумя короткими пилумами, чьи жала вылезли у него из спины. Нарушая все законы привычного для меня мироздания, облако остановилось, а затем, тяжело развернувшись, вновь начало набирать высоту, приводимое в движение десятком пегасов, изо всех сил упиравшихся в один из его боков. Прикрывшись ярко-алыми щитами, блестя десятками копий, на тучке расположилась, пожалуй, целая кентурия пегасов, и волны врагов, сотнями бросавшихся то на сформировавших на земле «черепаху» земнопони, то на эту импровизированную крепость, встречал град копий и пилумов, сбивавших по несколько грифонов за раз.
– «О боги, это гениально!» – потрясенно прошептала я, глядя, как тяжело дыша, пегасы остановились, переводя дух, а затем, дружно застонав, вновь толкнули облако, упираясь в толстый, спрессованный до плотности войлока водяной пар ногами и плечами, потащив его куда-то вбок, к самому большому скоплению врагов.
– «Иль нэ па натюрэль!» – кажется, вожак стаи был совершенно противоположного мнения о происходящем, и дико взвизгнув, несколько раз взмахнул зажатым в лапе мечом в сторону облака. По его команде, не менее десятка грифонов, закручивая спираль из каркающих и визжащих тел, стали подниматься вверх, подлетая к облаку снизу и яростно терзая его когтистыми лапами. Но, похоже, в этом, насквозь пронизанном магией мире, лишь пегасы могли полноценно управлять погодными явлениями, и несмотря на все старания голосящих птицекошек, облако не истощалось, и все так же уверенно двигалось в сторону стаи, прижимая ее к земле, где их уже ждали острые копья что-то неразборчиво кричавших и глухо ухавших легионеров.
«Пора кончать с этим дебилом» – заглядевшись на слаженные действия воздушных бойцов, я едва не пропустила новую атаку, и лишь дикий хлопок, едва не вывернувший мне крылья, не дал двум, зашедшим на меня с разных сторон грифонам превратить мою тушку в кровавый кусок мяса, нашпигованный длинными кинжалами – «Ах вы ж твари!».
– «Держись, примипил!» – вздрогнув, я сбилась с ритма, и неловко взмахнув крыльями, посторонилась, услышав у себя над ухом чей-то вопль. Звонко крича, мимо меня промелькнул знакомый силуэт, и один из моих противников заполошно забил крыльями, словно кур, нанизанный на длинное копье Вениты Роуз, небрежно, словно на тренировке, насадившей его на длинное древко. Выходя из пикирования, пегаска крутанулась в воздухе, и звонко грохнула копытами по боку бронированной фигуры, получив взамен скрежетнувший по боку ее лорики удар меча.
