– «Именно» – подходя ко мне, кивнул Хай, пока я осторожно спускалась со своего черного скакуна – «Они подошли практически незаметно, несмотря на наши патрули и сидящих на облаке пегасов, и теперь уже мы находимся в неприятном положении».
– «А кто это вообще?» – непонимающе нахмурилась я, глядя на ровные ряды четырехногих фигур, маячивших на самом краю освещенного факелами пространства. Судя по их угловатому виду, они явно были облачены в какую-то броню, но в темноте, я видела лишь мрачные ряды фигур, освещавших себе путь миниатюрными, но очень яркими источниками света, блестевших, словно спустившиеся с ночного неба звезды, на груди у каждой из них – «Блин, они приближаются! Да еще этот дождь!».
– «Наверное, из-за него мы их и проморгали» – кивнув, Хай отдал неразборчивую команду Бушу, словно метеор, грохнувшемуся рядом с нами, обдавая брызгами всех, кто был рядом с местом его приземления – «Ну, что скажешь, Начальник Северных Воительниц?».
– «Можешь меня выдрать, если выживем, но я даже не представляю, как они к нам подкрались!» – скрежетнул зубами пегас, резко встряхиваясь и вновь окатывая окружающих льющейся с него водой – «Роуз застряла на облаке где-то там, в этих тучах. На мокрых крыльях много не налетаешь, а в темноте они рискнут спускаться лишь если начнется бой – уж слишком легко очутиться в порядках врага…»
– «Вспоминается мне один анекдот…» – буркнула я, вытягивая шею – «Про лису, застрявшую задницей в упавшем дереве. Боюсь, нас сейчас вот так же собираются поиметь. За остальными послали?».
– «Попробую» – мрачно взглянув на меня, Буш, кажется, хотел еще что-то добавить, но не успел. Выстроившиеся легионеры, опустив, уперли в землю щиты, но даже и без этого, порадовавшего меня своей слитностью действия было видно подступающие к нам порядки врага. Шелестевший дождь неприятно грохотал по моему шлему, и мне пришлось напрячь свой слух, когда медленно идущие на нас линии внезапно остановились, подчиняясь громким, но неразборчивым командам, раздавшимся за их спиной.
– «Хммм, похоже, они хотят говорить» – скрывая нервозность, Хай вскинул голову, прислушиваясь к гнусавому звуку рожка. Его глухой, сипящий рев был продублирован миганием одной из звезд в глубине вражеского строя – раз, затем еще два.
– «Я узнаю, чего они хотят» – заявил Графит, стряхивая меня со спины, куда я, кряхтя, вновь взгромоздилась в попытке разглядеть подступающего противника – «Со мной ходить не нужно. Случись что – я попросту улечу, в отличие от любого из вас».
– «Графит, не нужно!» – отчего-то перепугавшись, я вцепилась зубами в лохматый хвост, проехавшись вслед за рванувшимся в воздух супругом по раскисшей земле – «Граф… Тьфу! Мерзавец! Опять улетел!».
– «Ну да. И командовать начал, прямо как ты» – хмыкнул Хай, проводив глазами исчезнувшую в темноте фигуру. Развернувшись, пегас бросил взгляд на видневшиеся вдали огни городка, из которых уже выползала змейка факелов, один за другим, выныривавших из ворот. Похоже, Буши Тэйл все-таки добрался до города, и теперь, нам предстояло лишь выстоять, дождавшись подкрепления, уже голосившего медными глотками туб, сзывавших бойцов на срочное построение – «Стоим крепко, наши уже на подходе! Пилумы готовь!».
Увы и ах, ни превозмогание, ни красивое геройство, о котором так мечтают все без исключения, читая старые истории о похождениях храбрых героев и прекрасных воительниц, не понадобилось нам в ту дождливую ночь. Громкий голос командующего был заглушен громким свистком, раздавшимся откуда-то сзади, и оглянувшись, я увидела длинную, стальную змею, с шипением и свистом вылетевшую из леса, и начавшую свой подъем по насыпи, круто уходившей в сторону гор, где располагалось небольшое паровозное депо. Освещенные мягким, желтоватым светом, окошки призывно мигали мне, словно уговаривая бросить все кровавые забавы, и наконец, окунуться в тепло и сухость железнодорожных вагонов, покачивающихся вслед за свистящим паровозом, с шипением, сбрасывающим ход. Вот что-то лязгнуло за пеленой дождя, и поезд, окутываясь клубами пара, хорошо различимого даже за струями дождя, свернул в сторону станции, деревянный настил которой располагался возле одной из стен Новерии.
Услышав за спиной подозрительный шум, я люто выругалась, и резко повернувшись, уже собралась было броситься на врага, подкравшегося к нам в то время как я, развесив уши, любовалась живописной картиной «прибытия поезда»[192], но остановилась, недоуменно уставившись на ряды расступившихся легионеров, пропускавших по узкому коридору из тел несколько фигур, подсвечивающих себе путь подрагивающими на ходу фонариками.
