– «Ну, это же очевидно! Наше задержание даст делу официальный ход. Поскольку я не обманывала, когда говорила о подарке, то думаю, что Госпожа согласится с тем, что столь настойчивые попытки скрыть от меня эту вещь нуждаются в тщательном расследовании. Кстати, думаю, что со стороны Гвардии тоже может кто-нибудь присутствовать при обыске в этом особняке. Для придания всему происходящему элемента торжественности, конечно – ведь не кого-нибудь обыскивают, а сам особняк Дримов! Ах да, и прессу нужно будет обязательно пригласить!».
– «Вы… Вы не посмеете!» – пробормотала заалевшая от возмущения хозяйка дома – «Это просто невозможно!».
– «Наивные как жеребята, правда?» – игнорируя единорожку, обратилась я к земнопони, охотно подставляя шею для оков – «Ну да ладно, не будем терять времени…».
– «Остановитесь и прекратите этот фарс» – глухо проговорил Графит, поднимаясь и медленно подходя к нам. Вновь набившаяся в комнату прислуга расступилась и почему-то начала поспешно покидать помещение, не рискуя даже оглядываться на высокого пегаса, остановившегося напротив нас, и разглядывавшего всю сцену покрасневшими от слез глазами – «Отец, мне нужно с тобой поговорить. Наедине. Милая, прошу тебя, пройди с этими сэрами и объясни их сержанту, что ничего страшного не произошло – обычная семейная ссора. Сэры, я надеюсь, что выражение нашей признательности позволит всем присутствующим здесь быть уверенными в том, что этот семейный скандал не станет достоянием ничьих ушей, а тем более, прессы?».
– «Думаю, вы можете на это рассчитывать… Сэр» – поколебавшись, кивнул головой серый гвардеец, исподтишка показывая своему рогатому напарнику, уже намерившемуся открыть рот для выражения бурного протеста, немалых размеров копыто, облаченное в сталь накопытника – «Если примипил согласится проследовать за нами… Нет-нет, ошейник не понадобится… То это будет лишь формальность. Такого рода вещи происходят время от времени, и мы, конечно, все понимаем. Удачного всем дня, господа!».
– «Не думай, что тебе удалось так просто выпутаться, мелкая гадина!» – донеслось мне вслед из-за открытой двери – «И на тебя найдется управа! И на тебя, и на твою…».
– «Да брось. Мне жаль лишь того, что ты так поздно познакомил меня с этой дамой» – примирительно погладила я плечо мужа, сидевшего рядом со мной в тихом закутке кантерлотского парка – «Слушай, а они что – и вправду твои… Ох, прости. Я глупая лошадь и не знаю, когда следует заткнуться».
– «Все в порядке. Мне просто нужно побыть одному. Подумать… О многом».
– «Понимаю» – подняв голову, я уставилась на последние листья, падающие нам на головы с обнажившихся ветвей кленов – «Все в порядке. Мне запретили уезжать в Понивилль из-за этого «наказания», придуманного принцессами. Да и Кег не теряет надежды, что сможет упрятать меня в свой госпиталь навечно. Представляешь, она хочет пригласить меня в Клаудсдейл на осмотр… Ой, я опять несу чепуху, и все про себя. В общем, я буду в Королевской библиотеке Кантерлота или в казармах. Приходи, я всегда буду тебя ждать».
– «Постой, Скраппи. Не уходи» – протянув ногу, белый пегас ухватил меня за хвост и потянул обратно, усаживая меня на скамейку рядом с собой. Сгнившее, посеревшее от непогоды дерево крошилось у меня под копытами, пока я, кряхтя, взбиралась на прогибающиеся доски – «Побудь со мной. Может, я схожу с ума или это не совсем правильно… Но мне становится легче от твоего голоса».
– «Расскажи мне о ней» – обняв крылом мужа, негромко попросила я.
– «Она была мне как мать» – просто ответил тот – «Она воспитала и вырастила меня, когда моя мать отказалась от меня, сразу после рождения. Это по ее настоянию меня вернули из приюта, куда, пользуясь отсутствием бабушки, меня засунула моя милейшая родительница. Она говорила что жалеет, что не может дать мне столько любви и тепла, сколько дала бы настоящая мать, но клянусь, я никогда, ни за что не променял бы ее на миссис Дрим!».
– «Бедный мой…» – я осторожно погладила пегаса по рыжей шевелюре, напоминающей взлохмаченную львиную гриву – «Так значит, именно поэтому ты решил сменить цвет шкуры и имя? А твое настоящее имя – Стар Дрим?».
– «Да, это было мое “настоящее” имя» – глухо ответил пегас, устремляя взгляд куда-то вверх, на редеющие облака, проплывающие в холодном осеннем небе, наполненном порхающими туда-сюда фигурками пегасов, запряженных в разномастные, снабженные левитирующими амулетами повозки и воздушные фургоны – «Когда моя милейшая семья поняла, что они не переборют мою бабушку, они покорились ее воле, но выцарапали для меня множество ограничений для того, чтобы никто не догадался, что я не приживала и не прихоть выжившей из ума старухи, а их родной сын, вместо рога, одаренный парой крыльев. Бастард, злая шутка Богини, за что-то разгневавшейся на славный клан Дрим».
– «Погоди, а как твое рождение могло скомпрометировать твой клан?».
