Рождение легиона полностью

– «И все?» – немного помолчав, и посверкав на меня глазами, наконец, произнесла Луна, поднимаясь на ноги, и медленным движением рога зажигая настенные светильники. Один за другим, магические кристаллы начали светиться неярким, голубоватым светом, не развеивая мрак, но лишь разгоняя его по дальним уголкам громадной кухонной залы – «И это все, что ты можешь сказать? Не будет ни обвинений, ни угроз, ни криков или чтения морали? Ужель ты посчитала, что совершенное НАМИ дело достойно хроники ушедших правителей прошлого? Или считаешь ты, что царственной сестре НАШЕЙ не должно покарать НАС на месте, едва чужие уста разнесут весть о произошедшей здесь новой Ночи Кошмаров?».

– «А что такого, собственно, ты совершила?» – пожала плечами я, кладя голову на стол и прикрывая глаза. Все эти скачки, все эти ночные бега настолько раззадорили мой аппетит, что я смогла лишь беспомощно простонать, вспоминая о множестве упущенных возможностей перекусить до прихода в этот царственный дурдом – «Ну, пошалила немножко. Ну, повеселила гостей… Хотя издевательства надо мной я тебе еще припомню, ясно? А в остальном… В общем, не маленькие – пусть привыкают к монаршим шуткам! Ведь среди них вряд ли есть беременные или нервные натуры, правда?».

– «Как я смогла убедиться, нервных или просто трусливых среди них – хоть отбавляй» – фыркнула Принцесса Ночи, перекатывая по каменному столу негромко позванивающий шлем – «Как жаль, что ты пропустила зарю нашего правления, и время воцарения на Двуглавом Троне. Признаюсь, хоть то были и более суровые времена и нравы, но пони были более честными, не боясь открыто плакать и смеяться, любить и ненавидеть. Как жаль… Но это время уже не вернешь. Наверное, лишь я да Селли – вот все, что осталось с тех давних времен».

– «Ну, раз беременных и инфарктников нет – значит, должны были выдержать» – безапелляционно заявила я. Прикрыв глаза, я сжала зубы, ощущая, как моя голова начинает медленно пульсировать от тянущих, «голодных» болей в пустом животе – «Хотя декорации удались на славу. Правда, маловато призраков, стенающих из канализации голосов, движущихся стен и потустороннего свечения. А в целом – очень неплохо. Вот жаль лишь, что фуршет[215] не задался, хотя это не объясняет столь жесткую реакцию на помидоры».

– «У меня с ними связана одна история… В общем, она тебе не понравится» – неохотно ответила принцесса, скромно потупя глазки, словно это и не она только что изображала из себя чудовищного монстра – «Я тогда лишь училась готовить, и… В общем, забудь».

– «Забудешь тут, как же» пробормотала я, представив себе аромат свежего салата с помидорами и огурцами, обильно сдобренного сметаной и оливковым маслом. Не вынеся такого издевательства, желудок взвыл, и с громким рычанием, слышимым, наверное, даже в башне-обсерватории замка, вновь кинулся грызть мои ребра – «В общем, не жди от меня порицания или обфыркивания твоих действий – на мой взгляд, все было очень весело и круто, и не твоя вина в том, что я так странно среагировала, ведь в первый момент я вдруг почувствовала, что мне хотелось испугаться, и с воплями побегать по замку, присоединившись к этой увлекательной игре. Просто эта кухня… Все это подземелье… Ну и… В общем, это я виновата».

– «Нет-нет» – запротестовала Ночная Принцесса, глядя на меня расширившимися, словно у токсикомана, зрачками, превратившимися из тонких, кошачьих полосок в два темных пятака. Несмотря на все попытки это скрыть, я была уверена, что ей понравились мои безыскусные слова, словно моя похвальба доставила ей какое-то странное, вожделенное удовольствие – «Я сама виновата, вовремя не сообразив, с кем я собираюсь сыграть эту шутку. Надеюсь, что Селестия поймет это, так же, как и ты… Хотя кто знает».

– «Думаю, поймет. Она поймет и наверняка посмеется вместе с нами над этой невинной шалостью» – пробормотала я, изо всех сил гоня от себя видение жаркого, чей запах, казалось, уже щекотал мои ноздри – «Но думаю, без сладкого она тебя точно оставит. В воспитательных целях, конечно же. Кстати, прости – мне неловко просить тебя об этом, но…».

– «Да, Скраппи? Что бы ты хотела получить?» – живо откликнулась Луна. С каждым моим словом она просто оживала, и теперь, внимательно и живо глядела на меня сверкавшими в полутьме глазами – «Я не припомню, чтобы ты, хоть раз, пыталась получить что-либо для себя. В отличие от своры бездельников, взявших себе в привычку толпиться под моими дверьми в ожидании подачки или благосклонного взгляда. Поэтому прошу тебя – говори, что я могу для тебя сделать?».

– «Это ведь холодильники за твоей спиной? Ах, ну «фризеры[216]» – какая разница? Тогда можно я покопаюсь в них, а?» – жалобно проблеяла я, ощущая, что еще немного – и начну грызть свои конечности, как Друз[217] – «Только пожалуйста, не говори никому, ладно? А то еще вздумают потребовать оплатить этот ночной перекусон…».