– «Только не напоминай ему про слова» – посоветовал единорог, осторожно трогая магией широкие, необычные клавиши, приспособленные под копыта пони – «А то он опять начнет кричать, что это не наше дело, и вообще…».
– «Слушай, Рифф, а что это за спектакль?» – поинтересовалась я у приунывшего «светооператора». Похоже, он был не такой уж и величиной в этом театре, и его попытка выделиться из общей толпы, пригласив сюда какую-то знакомую труппу явно, набирая скорость, стремительно катилась под откос – «Все эти музыканты и артисты – они ведь не из Кантерлота, правда?».
– «Мы играем во многих театрах, но в Кантерлоте – в первый раз» – кивнула пухлая земнопони, покосившись на свою товарку, как и она, державшую в копытах довольно миниатюрную для своих габаритов скрипочку – «О, мы так надеялись, мы так гордились, что нам доверят выступить на праздниках с нашей постановкой, но…».
– «Еще ничего не решено! Они одумаются, когда увидят ваше выступление!» – запротестовал Рифф, упрямо вскидывая голову – «Даже если нескольким пони из этой «Комиссии изящных искусств» пришло в голову, что столичному бомонду не пристало смотреть историю о двух кобылах и жеребце, то я могу воззвать хотя бы к нашей управляющей, мисс…».
– «Да-да-да, так она тебя и послушала!» – фыркнул некто усатый, тиская в копытах саксофон – «Она крутится в высшем обществе, и явно неспроста заслужила прозвище «изящный демон», так что брось, Рифф – и не такие обделывались, едва войдя в ее кабинет.
– «Правда? Да что вы говорите» – с интересом протянула я, быстро прокручивая в голове весь свой разговор с «мадам управляющей», и в новом свете оценивая ее спокойствие. Похоже, кобыла посчитала меня назойливой временщицей, лезущей из кожи вон, дабы произвести впечатление на свою покровительницу, и теперь, я была на сто процентов уверена, что весь этот разговор привел к тому, что завтра меня постараются выставить на посмешище. Ну что ж…
– «Значит, у вас есть какой-то спектакль, но еще ничего не готово?».
– «У нас есть не просто спектакль – это мюзикл! Это история любви двух кобыл, в отношениях которых появляется жеребец, и любовь их перерастает в соперничество, когда…» – пустился в запутанные, но в то же время, вдохновленные объяснения Рифф. Внимательно слушая его хвалебную оду этому произведению, я постаралась абстрагироваться от вываливаемых на меня слов, пытаясь ухватить самую суть этого произведения. Что ж, похоже, это могло бы и подойти – писавший мюзикл автор явно делал это с душой, и щедро вставил туда как смешные, так и лирические моменты, не забыв сдобрить все это толикой юмора, подтрунивавшего над однополыми отношениями. Непонятно, почему его решили завернуть – лично мне он показался вполне приличным даже для такого прославленного театра. В конце концов, разве на его сцене не играла однажды группа подозрительно знакомых мне подруг, все достоинство которых, с точки зрения посещавшей представления знати, заключалось лишь в том, что они являлись хорошими знакомыми принцесс? С одной стороны, Селестия была мудра, как никогда, попросив своих протеже сыграть в гораздо менее эпическом произведении, не требуя от них изображать самих себя в очередном опусе про «Найтмэр Мун», а с другой… Не могло ли это быть уступкой для обнаглевшей знати, возжелавшей нового, «изысканного» развлечения в виде пляшущих для них подруг принцессы? Или же это была попытка познакомить бомонд и доверенных пони Селестии друг с другом? Да, над этим явно стоило подумать…
– «Но я хотя бы пытаюсь просчитывать все варианты» – негромко пробормотала я, глядя на разливающегося соловьем серого жеребца – «Погоди, Рифф, ты говоришь, что у вас готов реквизит для ночных сцен, и ты задумал что-то сделать с тем прожектором, который, как я помню, все время меня слепил? Хорошо, но зачем тебе полумесяц? Давай уж выведи на сцену целую луну! Сделай ее своеобразной ролью, подчеркивающей… Ну не знаю, что там у вас принято подчеркивать этим образом! Или это слишком глупая идея?».
– «Тут не любят этот образ, мисс Раг» – буркнула скрипачка, разом теряя весь свой энтузиазм, с которым она слушала выступающего земнопони – «Даже ложу для принцесс каждый раз освобождают от тех элементов орнамента, которые напоминают о принцессе Луне. Я сама это видела».
– «Понятно. Что ж, тогда, я думаю, что этот образ стоит ввести нарочно» – нахмурившись, отрезала я, глядя на явно струхнувшего Кард Риффа – «А когда вы сможете его сыграть?».
– «Если не нужно ничего переделывать – то хоть завтра! Правда, друзья?» – вновь воспламенился жеребец, как и большинство своих коллег, легко переходивший от уныния к кипучему веселью – «Но если нужно будет внести изменения, о которых вы говорите, то нам нужно будет хотя бы пару дней для репетиций. Мы готовы работать целыми сутками, чтобы удостоиться чести выступить перед театралами Кантерлота!».
