Рождение магии полностью

– Эй, красавица, – подозвал пират хозяйку, усаживаясь за стойку. Что здесь надо каперу? Двурог не был портовым городом. Здесь не было ничего, что могло бы заставить этого пирата прибыть сюда. Но, если в Железном котле был он, это означало, что в городе была и остальная часть команды Элроя. И сам Элрой. А он никогда бы не стал проводить свое время в таком городе, как Вайдар, без особой на то причины. И тут Ларкин вдруг понял, что капитан искал в Двуроге. Вернее, кого он искал.

Фрейю.

Хранитель и принцесса задолжали Элрою тайну бессмертия, и пират пришел забрать ее.

Зейлан стерла кровь с пальцев. Порез, который она самостоятельно сделала на своей руке, уже закрылся. Самочувствие было нормальным. Настолько, насколько это было возможно для нее как для бессмертной Хранительницы. Но что-то было иначе – она была другой.

Зейлан могла лишать фейри их стихийной магии. Удивительный дар, которому она должна была радоваться. Вернувшись к Стене, девушка окажется в очень выгодном положении. И все же Зейлан глубоко тревожило то, что она никогда не слышала, чтобы Хранители говорили о такой способности. Ей и другим послушникам рассказывали об обостренном зрении, улучшенном слухе и силе, которую они приобретут вместе с бессмертием. А вот о даре, который позволял бы Хранителям лишать фейри их магии, никогда не было и речи. Вряд ли от новичков стали бы скрывать что-то настолько важное. Или?

Зейлан отложила нож в сторону, и, убедившись, что никто в салоне борделя не наблюдает за ней, потянулась к магически выкованному кинжалу, который висел у нее на поясе. С тех пор как Киран подарил девушке оружие, она беспрестанно ощущала покалывание в руках, прикасаясь к прохладной рукоятке, обтянутой кожей. Со временем это ощущение исчезло, и кинжал лежал в ее руке так же спокойно, словно был самым обычным клинком. Хранительница прижала лезвие к подушечке большого пальца. Нежная кожа против твердого металла. Вспышка боли – и из пальца хлынула кровь.

Хранительница отдернула руку и уставилась на красные капли, которых должно было становиться все больше и больше. Потому что магическое оружие действовало вопреки целительным способностям фейри. Зейлан видела это собственными глазами, когда волшебная стрела пронзила плечо Кирана. Принц страдал от травмы несколько дней. Порез на большом пальце Хранительницы, напротив, затянулся мгновенно, и на его месте осталась только гладкая невредимая кожа.

Что с ней не так?

Возможно, разрез был слишком мал. Зейлан еще раз оглядела салон. Дэйм находилась за стойкой и разливала вино, а ее муж Бриок стоял и болтал с двумя танцорами. Гости, как обычно, развлекались или занимались своими делами. Инцидент, который вызвала девушка, уже был забыт. Поэтому она могла спокойно…

Зейлан растопырила пальцы на столе, крепко обхватив рукоять выкованного магией кинжала. Все или ничего, подумала она и, не дав себе времени передумать, пронзила свою руку клинком. Она ждала эту боль и все равно не смогла удержать громкий вскрик. В конце концов, это Зейлан еще чувствовала. Слезы подступили к глазам Хранительницы, и она резко втянула воздух, медленно вытягивая кинжал из своей руки. Из раны просочилась кровь, и в нос Зейлан ударил ее металлический запах. Затаив дыхание девушка смотрела на глубокий порез и ждала. Не зная, надеется ли она, что он затянется, или наоборот.

Пальцы запульсировали, руку охватил жар, словно Зейлан погрузила ее в горячую воду. Порез… затянулся, и только лужица крови и выемка в столешнице напоминали о ее попытке. Зейлан недоверчиво вертела рукой, осматривая ее со всех сторон. Был ли кинжал и в самом деле волшебным?

Хранительница уже собиралась вонзить волшебный кинжал себе в предплечье, когда знакомый голос остановил ее.

– Ты поранилась?

Зейлан облегченно вздохнула. Наконец-то! Видимо, Сибил все же доставила ее сообщение. Хранительница подняла глаза на Кирана, но, едва она взглянула в лицо принца, радость от долгожданной встречи исчезла с ее лица. Принц выглядел измученным, почти истощенным. Щеки юноши впали, и даже сумрачный полумрак, царивший в салоне, не мог скрыть апатичного выражения его глаз.

– Так, пустяки.

Тряпкой, взятой у Дэйм, Зейлан торопливо вытерла кровь.

– Понимаю, – пробормотал Киран, садясь рядом с ней. Зейлан охватило беспокойство. Киран, которого она знала, не оставил бы это просто так. Хранительница подозрительно посмотрела на него.

Принц был одет в свой светло-голубой мундир с золотой вышивкой на планке. Чересчур официальный наряд для такого места. И только потом Зейлан обратила внимание на кувшин с вином и две кружки в его руках. Не говоря ни слова, Киран наполнил их до краев. Одну он подтолкнул к девушке, другую поднес к губам и выпил ее содержимое одним махом.

Зейлан вскинула брови.

– Нелегкий день?

– Нелегкие месяцы, – ответил Киран, доливая себе вина.