Союзная армия под командованием Руса еще бы долго долбалась в землях саксов, все-таки воины они не самые последние, да и территории весьма обширны (под свой контроль удалось взять хорошо если четверть), городищ много, к тому свои потери постепенно росли, союзники из голиндов и ятвягов, отягченные захваченной добычей, уже не проявляли прежнего желания драться (мнением пруссов, понятное дело, никто не интересовался, хотя их армия сократилась наполовину убитыми и ранеными), и через какое-то время напор мог выдохнуться. Придется уйти самим, пусть с добычей, но бесславно. В общем, Рус к концу октября вынужден был признать, что за одну кампанию саксов не изничтожить. Но тут пришла помощь, откуда не ждали.
Как это обычно и бывает, пограбить ослабевшего соседа, воспользовавшись чужими победами, пожелали их соседи, а именно готы и франки из северо-восточных регионов так называемой Австразии и тюринги. Пока все силы саксов были сосредоточены на востоке, противостоя Русу, франки с тюрингами напали с юга и запада и стали споро продвигаться на север. И вот уже от земель саксов осталась едва половина. Беженцев набежало с юга на север тьма-тьмущая, и их всех надо где-то разместить, кормить, а запасов, как водится, едва на себя хватает…
А тут, поглядев на творящееся, фризы решили урвать себе кусочек от избиваемого со всех сторон соседа, напав с севера. И вот тут, окончательно осознав, что дело запахло керосином, того и гляди даны еще нападут, презрев союзный договор (ничего личного – только бизнес), саксы попытались решить дело миром, прислав переговорщиков к Русу.
Скрепя сердце, он вынужденно пошел на мировую. Причин хватало: тут и погода подкачала – пошел мокрый снег, начались болезни, несмотря на все санитарные меры, тут и потери, плюс произошло исчерпание боеприпасов, то бишь стали заканчиваться стрелы, несмотря на все попытки ремонта собранных после боев древок, а главное – плохие новости на южном направлении. Война у Леха откровенно не задалась, так что свои силы следовало перенаправить ему на помощь.
Рус затребовал от саксов откупных, назвав вполне подъемную сумму.
– А главное, переподчиняете мне армию, что сейчас воюет против нас на юге. Теперь ваш отряд будет сражаться за меня. Если вдруг начнете что-то крутить, то я, клянусь Родом и Перуном, приду на следующий год и не пощажу никого.
Вождям саксов не осталось ничего другого, как согласиться, хотя этот отряд очень не помешал бы, чтобы с его помощью отбиться от франков с тюрингами, а потом и от фризов.
Рус еще хотел потребовать от них, чтобы потом, после того как отобьются от франков и фризов, напали на данов, но понял, что они и сами это сделают без всяких требований, ведь нужно будет компенсировать понесенные потери. Опять же, надо где-то взять продовольствие для кормежки беженцев. А взять это все можно только у северных соседей. Конечно, есть более слабый сосед – фризы, тут еще и месть имеет место быть, но их ресурсов явно не хватит на все, так что война с данами неизбежна.
Перемирие заключил без оглядки на нежданных союзников еще и потому, что они воспользовались по сути чужой победой и никак свои действия с Русом вообще не согласовывали. Ну а раз так, то пусть сами выкручиваются.
Что до боевых действий на юге, то война у Леха не задалась от слова совсем. Он оказался в незавидном положении медведя, на которого набросилась свора охотничьих собак. Вроде и сильнее всех собак вместе взятых, но кусают эти твари со всех сторон, и не ухватить ни одну из них, резвости не хватает.
Противник, изучив чужой опыт боев, в частности восточных пруссов, поставивших все на одну битву, понадеявшись на свой численный перевес, не захотел все решить в одном генеральном сражении, а вторгся двумя потоками. Лютичи с саксами и данами ударили на юго-восток, при этом лютичи вышли на Вислу, ударив, собственно, по пришлым славянским племенам, только-только обосновавшимся на реке, а саксы с данами пошли вдоль Варты по обеим ее берегам, атакуя их союзников, привлекая охочих до грабежа чужаков из племен западных славян, и таковых нашлось весьма немало.
Как итог, чтобы отбивать многочисленные отряды противника, Лех разделил свою армию на части с целью их перехвата. В результате случилось множество локальных сражений с численностью сторон до пяти сотен человек. Где-то побеждал Лех и его воеводы, а где-то и проигрывал с разгромным счетом, когда его отряды попадали в ловушку и на них обрушивались многократно превосходящие силы. Все-таки противник не дурак и обладал инициативой.
В общем, война получилась очень тяжелой, с большими потерями. Как результат, Лех вынужден был начать отступать, и это стало началом конца, практически катастрофы.
