«Интересно что за шишка прибыла почитать». За дверью кроме вахтера стоял еще один крупный мужчина. Вахтер меня узнал сразу, но из-за присутствия этого незнакомца потребовал пропуск, который мне выписали еще лет в тринадцать, благодаря бабушке. Не найдя во мне ничего опасного, меня пропустили. Идя по коридору к кабинету, где работает бабушка, я увидел что около ее дверей стоят двое мужиков, нет это уже к гадалке не ходи, что люди сопровождают того человека, что сейчас общается с моей бабушкой, но просто было интересно кто это. Брежнев бы точно пришел без охраны, да и вроде кроме водителя его пока никто и не сопровождает, Косыгин тоже вряд ли бы сам сюда пришел. И вот так, медленно подходя и привлекая к себе пристальное внимание охраны, я и остановился.
– Проходите дальше, молодой человек, – подал голос один из охраны.
– А мне дальше и не надо, – склонив голову к плечу, я в ответ на них уставился, – я пришел к своей бабушке, она работает в этом кабинете, а вы кто такие и могу я пройти внутрь?
Я конечно на это не рассчитывал, но за спрос денег не берут.
– Кто мы не важно, а пройти пока нельзя, лучше будет, если ты пока погуляешь где-нибудь и подойдешь через полчасика.
Я честно уже так и решил сделать, но тут из кабинета раздался голос бабушки, она на кого то практически кричала и мне кажется я понял на кого.
= Все злобствуешь Никитка, никак не можешь успокоиться, уж давно Александра в живых нет, – как я понял о моем деде речь пошла, в честь него меня и назвали, – а ты все кому-то доказать чего-то хочешь.
– Ни кому я ничего не доказываю, я тогда еще говорил, что все вы одним миром мазаны, что ты, что твой муженек, да вот и внучек такой же, муженек- то смог втереться ко всем в доверие, один я сразу понял что не советские вы люди. Ну ничего видно внучек еще твой не набрался вашей змеиной хитрости, опростоволосился херувимчик, я думаю стоит решить вопрос о его нахождении в комсомоле, да и социальным работникам стоит внимательно присмотреться к вашей семье. Если ты уже стала страдать старческим маразмом и пропагандировать в семье религию, может стоит спасти от тебя ребенка, может ему лучше жить в детском доме, там его воспитают как настоящего патриота и комсомольца, а там и в армию, дед с отцом были сотрудниками КГБ вот и внука отправим служить на границу.
– Не смей, тварь, трогать внука, – я не выдержав такого надрывного крика, рванул ни о чем не думая к двери, но естественно был перехвачен.
А тем временем дверь кабинета открылась оттуда вышел этот всем знакомый лысый колхозник.
– Вот тебя я еще не спросил, – после чего уже окончательно отвернулся от той с кем общался и тут заметил как меня держат охранники, – похоже на деда, а значит такой же как он, ну да ничего ты уже спел свою последнюю песню, херувим недоделанный.
Хмыкнув на мой полный злобы взгляд, развернулся и пошел по коридору в сторону лестницы. Меня же отпустили, запихнув в кабинет, где на черном кожаном диване, что был атрибутом многих кабинетов, сидела бабушка, а по щекам ее текли слезы.
Сашка, ну-как же так, Сашенька, что же так неосторожно, – я подбежал к ней, сел рядом приобняв, – он же не успокоится, Саша.
И тут бабушка как-то так всхлипнула тихо, схватилась за сердце и начала наклоняться в бок.
– Бабушка, бабушка ты чего, бабушка, – лицо родного человека стало бледнеть, глаза сначала закатились, потом стали закрываться веки. Руки у меня затряслись, но я все же смог уложить ее на диван и быстро подбежал к стоящему телефону, благо он был городской.
– Скорая, ало, человеку плохо скорей всего сердечный приступ, женщина пожилая сильно перенервничала, сейчас ни на что не реагирует, – кое как смог объяснить все это дежурному оператору. Не зная что делать, дальше набрал Фурцевой, меня сразу соединили.
– Саша, что случилось, – голос Екатерины Алексеевны был веселым.
– Тетя Катя, бабушке плохо с сердцем, я скорую вызвал, мы сейчас у нее на работе, в ее кабинете.
– Сашка будь там как приедет скорая если я не приеду раньше узнай куда ее повезут и дождись меня, – по голосу слышно что она очень волнуется, – ты Саш не волнуйся все будет хорошо, Все давай я уже выезжаю к тебе.
Немного подумав я решил и дядю Леню оповестить, уж больно мне не понравился разговор бабушки с Хрущевым.
– Александр, не ожидал, что случилось? – а вот тут человек действительно не ожидал, ведь до этого я ни разу ему не звонил, хорошо что хожу с небольшой записной книжкой, где и записал его телефон на дне рождения бабушки, с моими сейчас действиями никогда не знаешь, когда он понадобится.
– Дядя Леня, у бабушки сердце схватило, она без сознания, я вызвал скорую, мы сейчас у нее в кабинете на работе, но тут еще кое- что, я не могу по телефону.
– Так, Саша, у меня сейчас как раз обед, я недалеко тут, даже пешком всего минут десять, так что я быстро приеду, а дальше никуда не уезжай, дождись, только спроси куда Анну повезут.
Я сел рядом с ней и, тут не выдержав, заплакал. Да взрослый мужик, ну и что, передо мной лежит единственный родной человек в этом мире, а я кроме как ждать скорую ничего не могу поделать.
