– Звучит сложно, – говорит он через некоторое время, все еще сидя на корточках.
Я пожимаю плечами, мое горло немного дрожит.
– Я бы хотел помочь.
– И ты это делаешь, – уверяю я его, прежде чем успеваю передумать.
На мгновение воцаряется тишина.
– Правда? – спрашивает он, внимательно наблюдая за мной.
Я сглатываю.
– Да.
Крик разрывает воздух.
Я мгновенно вскакиваю на ноги, вода стекает по моим запястьям и ботинкам. Это был?.. Еще один искаженный крик, и на этот раз я точно уверена.
Я взбираюсь на холм так быстро, как только могу, пару раз спотыкаясь о корнеи или о камни, то ли от всплеска магии, не знаю, но мне все равно. Уэслин, должно быть, перепрыгивает через ручей, потому что его шаги слышатся прямо позади меня. Ветки царапают мою кожу и дергают за волосы, но боль почти не ощущается. У меня есть только одна мысль: во что бы то ни стало надо добраться до моего брата.
Звуки борьбы становятся громче по мере того, как мы приближаемся к лагерю. С колотящимся сердцем я пытаюсь понять что к чему, оценивая открывшуюся передо мной сцену.
Тут Элос в облике лося, окруженный людьми в синем. Сколько их здесь? По меньшей мере шесть, может, семь. Один за другим они душат его веревками.
Не раздумывая, я выкрикиваю его имя.
Взгляды мужчин сразу устремлены на меня. Через несколько секунд двое из них отрываются и рвутся в нашу сторону.
Вытащив свой меч, Уэслин отталкивает меня в сторону, за полсекунды до того, как его клинок соприкоснется с чужим. Слева от нас появляются еще трое в форме, подмога, которую никто из нас не заметил в панике. Я едва успеваю испугаться за него, как прохладный воздух проносится по моему телу, и моя одежда рвется на части. Выпустив когти, подняв шерсть, я перехожу на рысь как раз вовремя, чтобы отразить одного из двух нападающих на меня мужчин, перекатываюсь на спину и брыкаюсь задними ногами.
Его тело мощное; я чувствую силу в его мышцах, когда бросаю его на спину. К тому времени, как я вскакиваю на лапы, он уже поворачивается влево, задыхаясь, тяжело дыша, отчаянно пытаясь восстановить дыхание, которое я выбила из его легких. Я не останавливаюсь, чтобы подумать. Я не рассматриваю варианты. Прежде чем он успевает вернуть свой меч в исходное положение, я сжимаю челюсти вокруг его горла и разрываю.
Теплая кровь заливает мою морду и заливает рот, десны и под языком. Но я не ослабляю хватку. Вместо этого вкус приводит меня в какое-то безумие, и я тяну сильнее, разрывая и калеча, пока судороги подо мной резко не прекращаются.
Второй мужчина отступает, в ужасе уставившись на липкую жидкость, стекающую с моих челюстей по шерсти. Я уже почти решила пощадить его, но инстинкты хищника взывают у меня в крови, и он явно снова направляется к своим товарищам. Без сомнения, чтобы помочь усмирить Элоса, который сам мечется, как дикая кошка. Прижав уши к голове, я в четыре шага сокращаю расстояние между нами и набрасываюсь, вонзаю когти ему в спину и нахожу мягкое место под челюстью. Он перестает дергаться задолго до своего друга.
Когда я снова поднимаю голову, сцена уже изменилась. Острие меча мужчины касается Уэслина чуть выше колена, но Уэслин не дрогнул. Он перехватывает клинок своим собственным и несколько раз ударяет по нему, прежде чем выбить его из рук противника и пронзить мечом живот мужчины. Слева от меня один из мужчин вокруг Элоса лежит на земле, издавая сдавленные крики агонии, когда его трясущиеся руки слепо хватаются за длинную кровавую рану, разделяющую его от шеи до пупка. У другого мужчины такие же раны на ногах, и он падает мгновением позже.
Удивительно, но я думаю, что мы действительно могли бы победить, но затем из ниоткуда появляется подкрепление. Снова. Теперь вокруг Элоса снова пятеро мужчин, двое из них новые, крепко держатся за веревки, которые его связывают. Я бросаюсь к брату, когда он переходит на фокса и пытается высвободиться из шнуров, которые теперь свободно свисают с его маленькой фигуры. Ему удается избавиться от нескольких, но один из этих безжалостных людей наносит ему жестокий удар по затылку, и он падает на землю.
Падает и не встает.
Я рычу от ярости, лапы летят в сторону группы.
Один из них замечает мое приближение и предупреждающе кричит, поднимая лук. Мне удается едва-едва увернуться от летящей в мою сторону стрелы, но тошнотворный крик сзади заставляет меня остановиться.
Уэслин, который, как я только что поняла, был в нескольких шагах позади меня, упал на колени. Его пальцы становятся алыми там, где сжимают древко с черным оперением, воткнутое в его руку с мечом, на полпути между плечом и локтем. У меня кровь застывает в жилах. Стрела пронзила его.
Человек из подкрепления ковыляет к нему сзади, я смотрю за его спину: на земле пять мертвых тел. Уэслин слышит, как он приближается, и отпускает его руку, хватается левой рукой за клинок и, спотыкаясь, поднимается на ноги. Липкая кровь капает из раны от стрелы, когда он приходит в себя, а затем шатается в сторону.
